Книга Дружба народов, страница 46 – Лео Сухов

— Ты попала? Подстрелила его? — дрожащим голосом уточнил Костя.

— Да… Сразу свалился…

В этот самый момент тьму разорвал пронзительный визг. А потом в нашу сторону рванули новые враги…

Ящерицы, как оказалось, умели перемещаться по суше. И бегали они довольно-таки быстро. Я успел прицелиться в ближайшую зверюгу и выстрелить. Правда, времени на перезарядку уже не осталось. Поэтому, закинув винтовку на спину, я взялся за копьё.

Нам повезло только в одном: первым залпом мы положили пять ящеров. Шесть их собратьев сразу же отвлеклись на готовую еду, появившуюся в поле зрения. И только три самых упёртых ящера продолжили атаку. Их удалось принять на копья, а Ром и Линза добили из револьверов, целясь в потенциально уязвимые точки.

После чего мы успели перезарядиться и добить оставшихся прежде, чем те решили напасть или сбежать.

В итоге, нормально выспались ночью лишь геологи. Остальных я припахал на разделку туш. На все возражения отвечал, что, когда придёт зима, мы жестоко пожалеем о когда-то брошенной добыче. Тем более, силы донести её до Алтарного у нас оставались.

Дневник Листова И. А.

Сто пятьдесят второй день. Кто убил подлизу?

— Заметил, вот, со стены… Решил дождаться! — когда отряд подошёл к воротам Алтарного, нас уже встречал Витя.

— С чего такая честь? — удивился я.

— Иваныч прислал человека. Сказал срочно явиться к нему. И тебя взять, если вернулся! — объяснил Витя.

— Хм… Сейчас, передам поклажу и пойдём!.. — беспечно согласился я, даже не догадываясь, что меня ждёт впереди.

Отправив отряд с добычей в лагерь, я прихватил с собой только топор и пошёл с Витей.

— Что там случилось у Иваныча? — поинтересовался по дороге.

— Понятия не имею! — ответил Витя. — Сегодня с утра он был какой-то удивлённый, взъерошенный… А потом зачем-то вызвал к себе…

Мы нашли Кукушкина под навесом мэрии. Иваныч выглядел очень злым, но это меня как раз не удивило.

А вот что сразу напрягло — так это встревоженные сотрудники мэрии, которые толпились рядом с навесом. Вход контролировали Пустырник, Пресня и несколько ребят сурового вида, которые никого внутрь не пускали.

Увидев меня и Витю, Иваныч даже как-то смягчился. Морщина на лбу разгладилась, а челюсть перестала напоминать истуканов с острова Пасхи.

Кивнув Пустырнику и остальным, Кукушкин махнул нам рукой. Чтобы подходили.

— Что случилось, Иваныч? — спросил Витя.

— Сейчас расскажу… — ответил Кукушкин. — Ваня, как сходили?

— Удачно! — порадовал я мэра. — Прямо-таки отлично! Бур и Чаён расскажут.

— Вот как! Ну хоть какие-то хорошие новости… — качнул головой Иваныч.

— Здоров, мужики! — поприветствовал нас Пустырник.

— И тебе не хворать! — кивнул ему Витя.

— Привет!.. — согласился я. — Твои ребята?

— Да, набрал помощников… — кивнул бывший работорговец. — Ну что, Иваныч, заходим?

— Да, пошли…

Мы вчетвером вошли под навес.

И в тот же момент я учуял этот кислый запах…

Тот, кто хоть раз его ощущал — уже не забудет. Запах гниющего человеческого трупа ни с чем не перепутаешь.

Именно он сейчас витал по мэрии. Где-то тут имелся труп… И, на удивление, это явно был не Иваныч, стоявший рядом. Хотя он в последнее время очень нарывался…

Надо сказать, навес мэрии — это довольно большое здание. В нём есть стены, комнаты и даже маленькие хозяйственные чуланчики. Именно к одному из них Кукушкин нас и подвёл.