Книга Дружба народов, страница 154 – Лео Сухов

На этот раз мы с Костромой уселись рядом с Тихоном и Бандитом, которые пришли вдвоём. И просто слушали, даже не пытаясь вмешиваться.

Если внимательно наблюдать за людьми, то можно заметить интересный момент. Как броуновское движение отдельных личностей и их мнений всё больше напоминает капли ртути, с течением времени притягивающиеся друг к другу.

На этом Большом Совете отчётливо выделялось четыре фракции, которые в той или иной мере задавали тон остальным участникам. Первой фракцией выступали группы Бороды, Дуба, Лома и Саши. Те самые, которые пытались вытащить Кукушкина. Не знаю, когда они успели вчетвером спеться, но их позиция оставалась такой же чёткой, как и раньше.

То есть, они предлагали сначала освободить Кукушкина, а потом — договариваться. При этом лезть в драку они не желали. Что, впрочем, не особо удивляло.

Саша занимался сельским хозяйством, пытаясь определить растения, пригодные для окультуривания. Короче, совсем не воинственные люди были в его группе.

У Лома в подчинении было всего тридцать человек. И неудивительно, что никого из них он терять не хотел.

Борода всегда был за хорошую драку, но только кулаками. А драка с «кукушатами» с гарантией перешла бы в новый вооружённый замес, что рыбакам категорически не нравилось.

Самым воинственным был Дуб. И это неудивительно! Всё-таки у лесорубов рабочий инструмент — топор. Он практически требует применять его по делу! То есть, не только по отношению к безответным деревьям, но ещё к дуракам, подозрительным личностям — и зелёным активистам, если те мешают работать.

Однако даже Дуб не лез в бутылку, предлагая осадить лагерь «кукушат» и ждать, когда те сами сдадутся на милость победителей.

К сожалению, эта более или менее вменяемая фракция была в меньшинстве.

Группа учёных объединила вокруг себя мелкие группы, которые требовали частично уступить «кукушатам». Но не просто так, а чтобы потом на них злостно отыграться!.. Позиция была мелочной, подленькой… Ну так у некоторой части интеллигенции вечно так! Вместо хорошего мордобоя они предпочитают подсидеть, подставить, отравить, пустить слух… Ну или придумать ещё какую-нибудь хитрую комбинацию, в результате которой оппонент сядет в лужу, а они будут купаться в шоколаде.

На нашей милой уютной Земле тех, кто решил считать себя интеллигенцией, было большинство. А здесь, на дикой планете, они привычно стремились к светочам научного знания. И разве что экстаз не испытывали, сплетаясь с ними в тесных объятиях коалиции.

К сожалению, в переговорах с «кукушатами» от них толку было бы меньше, чем от Мелкого или Русого. Вот кто понимал, как надо правильно унижать и доминировать!.. Но, само собой, предлагать этих двоих в качестве парламентёров никто и не подумал.

Третья фракция состояла сплошь из храбрых и могучих воинов, готовых выступить единым фронтом против общего врага! Жаль только, сами они при этом не хотели покидать амфитеатр, продолжая вершить судьбы мира на комфортных скамейках. И даже то, что самым большим достижением их лидеров — Полкана и его союзников — был захват аж целой рыночной площади (к тому времени основательно разграбленной), никак не влияло на их боевой настрой.

Они призывали к войне, они готовились к войне!.. Жаль только, воевать собирались чужими руками. Иногда они украдкой поглядывали в нашу сторону, проверяя, не начали ли мы звереть от их запредельной наглости. Но поскольку и я, и Кострома, и Витя, и даже Бандит сидели с каменными лицами, на которых навсегда запечатлелась лишь одна эмоция: «Зачем я в этом цирке?» — они успокаивались и снова рвались в бой.