Книга Загонная охота, страница 112 – Лео Сухов

Удар питомцев пришёлся на тех бестий, что оказались внутри, со стороны посёлка. И всё-таки переломил это локальное противостояние. Прорвавшиеся враги теперь оказались в меньшинстве — и стали падать на землю один за другим.

В то время как нам, в проходе, приходилось совсем туго… Я удивительным образом пока единственный оставался без ранений. Костроме рванули левую руку когтями, а Мелкого укусили за ногу. И всё это сделала одна особо ловкая тварь!.. И хоть девушка почти сразу прибила хитроумную бестию, но зубы успели добраться до мяса.

Теперь Пилигрим и Мелкий едва держались, теряя кровь. А нам с Костромой приходилось работать за двоих. Мне-то уж точно… Я вообще не помнил, чтобы когда-нибудь хоть что-то делал с такой скоростью. А сегодня я очень-очень быстро колол и бил. Эффективность, конечно, была не особо высокая. Убить никого не получалось. Зато бестии, не желая подставляться, никак не могли навалиться на нас.

— Держим проход! — прокричала Кострома, как-то умудрившись поменяться местами с Пилигримом и встав рядом со мной. — Держим! Грим уже вызвал маячки капсулы!..

Но сколько им ещё лететь… И всё-таки мы смогли. Смогли соединиться с основными силами, выставить перед собой оставшиеся копья — и даже не сдохнуть. А потом с неба рухнули красные маячки. Один чуть не зашиб самого Пилигрима, а четыре оставшихся приземлились так, что почти перекрывали выломанный сегмент стены.

Вот только это был не конец… Капсулу ещё надо было дождаться, а бестии не собирались терять доступ за стену. Против нас выдвинулись несколько матёрых опытных самцов. Ещё и прикрытых плотными пластинами так, что спереди не подберёшься. К тому же, эти зверюги были явно крупнее своих сородичей.

И они начали нас давить… Медленно, неумолимо. Набрасываясь и отскакивая, не давая себя ранить, они заставляли нас пятиться — как бы ни надрывалась Кострома, требуя держать строй любой ценой. Наши питомцы тоже не могли ничего сделать и, подчиняясь моему приказу, отступили за спины людей.

Спасло нас то, что девушки, залезшие на крыши капсул, вовремя сориентировались. И принялись осыпать врага целым градом камней. Убить зверюгу броском булыжника было сложно. Зато, если таких попаданий было много, бестии инстинктивно начинали прикрывать незащищённые участки спины. А заодно сбивались с удара. Только этим и можно объяснить, почему наш отряд продержался на месте ещё целых двадцать минут.

За это время раненые успели закинуть в себя пилюли из инъекторов «лечилок». СИПИН говорил, так они эффективнее действуют, и не верить ему не было смысла. Раны перетянули бинтами и кусками шкур, останавливая кровь. О полноценном лечении никто и не думал. Нас всё ещё продолжали давить…

В какой-то момент я снова ткнул копьём в одного из «матёрых», а тот ловко клацнул зубами и вцепился в древко чуть ниже наконечника. Раздался треск… И наконечник, на который я убил почти сутки, отвалился… Вместе с зауженной частью деревяшки. От обиды я только и успел, что треснуть нахалу по балде оставшимся в руках древком. Думал — выйдет не очень, а получилось хорошо.

Тяжёлый шест врезал по морде между глаз. Зрачки мигнули, хищника чуть повело — и тут же чьё-то копьё вонзилось ему в бок, проскользнув между костяных пластин. Зверюга попыталась вырваться, но я снова махнул древком, занеся его над головой — и в этот раз от души приложил по лапе. Туша завалилась в нашу сторону, а копьё вошло ещё глубже и с треском обломилось.