Книга Вечные Пески. Том 10, страница 73 – Лео Сухов

Видимо, покинуть она нас планировала, лишь когда торги начнутся. Её же руками нам переданы были две деревянных таблички с вырезанной цифрой «31» на каждой, ну и куски мела. На табличке под номером, как сказал Парв, нужно было писать мелком свою ставку.

Люди наполняли зал. Сначала по одному, а затем и группами. Можно было заметить представителей разных сословий: купцы в дорогих накидках, знатные дамы с папирусными веерами, суровые мужчины с золотыми перстнями, пара жриц в белых одеждах. Все они рассаживались, переговариваясь вполголоса. Воздух становился густым от запахов: благовония, ароматическое масло, едва уловимый пот, дорогое вино.

Но больше всего в зале пахло деньгами. Вот этот запах ни с чем не спутаешь. Он буквально наполнял весь амфитеатр целиком, с нижнего и до верхнего ряда. Каждый пришедший на торги был либо сам очень богат, либо за ним стояли большие организации и объединения.

Места у нас оказались неплохие, на самом деле: всё хорошо видно. Однако имелся и серьёзный, в моём случае, минус: меня тоже было хорошо видно. Если за сцену торгов проберётся убийца, снять меня стрелой будет проще простого. Потому что я нападения не увижу до самого последнего момента. Правда, с этим должен был справиться защитный диск под одеждой.

А люди, между тем, всё прибывали. Шум голосов стал сливаться в ровный гул. Иногда его прорезали громкие приветствия или раскатистый смех. Ложа аристократов отсюда, снизу, не просматривалась. С другой стороны… Знакомых у меня здесь до второй половины дня не ожидалось, поэтому я особо по сторонам не глазел.

Когда амфитеатр заполнился примерно на две трети, свет на сцене стал ярче. Из-за боковой кулисы вышел человек в длинном синем одеянии, с бритой головой и аккуратной седой бородкой. Поднявшись на сцену, он встал в центре и обвёл ряды спокойным взглядом.

— Приветствую вас, гости и участники торгов! — голос у него был низкий, привычный к большим пространствам. — Я распорядитель сегодняшнего дня. И я объявляю торги открытыми.

Он сделал паузу. Зал затих.

— Порядок будет следующим. Сейчас мы заканчиваем выставку лотов: когда прозвучит гонг, прошу всех, кто до сей поры не успел, занять свои места. Каждый лот будет представлен отдельно, с указанием стартовой цены и шага. Во время торгов прошу воздержаться от личных разговоров. Все вопросы — к надсмотрщикам. В перерывах вы сможете свободно перемещаться, общаться и осматривать товар.

Распорядитель поклонился. Зал ответил сдержанными аплодисментами. Я перевёл взгляд на Парва. Тот едва заметно кивнул, подтверждая: всё идёт так, как он и рассказывал.

Зал заполнялся людьми всё быстрее. Нельзя сказать, что каждое место было занято, но свободных оставалось не так уж много. Вскоре с улицы донеслись удары гонга, и на сцену вновь поднялся распорядитель. Какое-то время он стоял, дожидаясь, когда последние гости рассядутся, а потом поднял руку, призывая зал к тишине.

Торги начались.

Первая часть торгов прошла как отлаженное действо. Монотонный гул десятков голосов, хоть организаторы и просили не шуметь. Продажа ценных, но не слишком, лотов один за другим. Деловитые выкрики распорядителя. Редкие всплески эмоций, когда кто-то ввязывался в борьбу.

Я сидел, откинувшись на спинку, и наблюдал. Мне не было скучно. Мне было интересно. Я изучал, как устроена эта кухня, и получал новые впечатления. В прошлой жизни на аукционы меня как-то не заносило. В этой, тем более. А понаблюдать было за чем. Редко выдаётся увидеть, как за гонг из рук в руки перетекает столько добра, сколько иному городу и за год не снилось.