Книга Вечные Пески. Том 7, страница 16 – Лео Сухов

— Некоторые древние трактаты по шёпоту так же сделаны! — с благоговением трогая древний текст, тихонько заметил Ашкур.

— Из такого материала сделаны страницы Песни Воды! — закивала Алана.

— А она, кстати, где хранится? — вспомнил я.

— В центральном святилище есть неприметная дверка. Вот за ней, собственно… — ответил Ашкур, помрачнев.

Видимо, вспомнил, во что нынче превратилось центральное святилище. В том числе, и нашими совместными усилиями.

— Но я бы не стала её отсюда забирать! — предупредительно встряла Алана. — Богиня не оценит такого.

— Просто хотел на Песнь посмотреть, — объяснил я.

Вообще-то была у меня мысль эту святыню изъять и доставить в Великое Междуречье… Но, во-первых, я не знал, доберусь ли туда живым и здоровым. А, во-вторых, Арахамана и в самом деле могла не оценить. Записи хранились в Священном Храме на протяжении тысяч лет. Вот пускай и дальше здесь остаются.

Однако посмотреть на них очень хотелось. Что-то мне подсказывало, что это может быть единственный шанс. А хотелось бы всё-таки сравнить те знания по Закону Воды, которые у меня есть, с оригиналом.

И я даже позволил себе потратить пару чаш, бегло пролистывая древнюю книгу.

Что касается записей из Убежища под храмом… Мы собрали их в ящики, которых на местном складе хватало. Ящики привязали к песчаным людям, и мои «нашёптыши» вытащили их, как раньше трупы, ко входу. Всего получился тридцать один ящик. А дальше нам предстояло придумать, как уволочь их с собой в лагерь отряда.

Да и самим как-то нужно было выбраться из города… Даран, конечно, обещал, что через пару дней здесь людей не останется. Но я бы в эти пару дней на глаза храмовой страже не попадался.

В любом случае, сначала надо было сжечь трупы. Мне совсем не хотелось, чтобы они под утро поднялись и, шаркая ногами по траве, пришли бы нас убивать. Порошка Солнца с собой не было, зато имелись шептуны, которые могли его сделать из обычного песка. И вскоре яркое пламя охватило кучу мертвецов перед входом в Священный Храм.

Элии среди них не было. Я оставил её в центральном святилище. Прямо на алтаре, когда мы вернули его на место, закрывая вход в Убежище. А затем я выгнал всех из зала и прошептал то, что вложил мне в голову Даран.

Алтарь на миг вспыхнул изнутри, подтверждая, что вновь заперт.

Вода по-прежнему капала с потолка зала. Капли разбивались о камень, о лицо Элии, что лежала на алтаре с зажатыми в руках цветами… Правда, черты девушки уже постепенно стирались. Видимо, народная молва не врала. «Слёзы Арахаманы», по слухам, не только помогают живым, но и мало-помалу растворяют мёртвых.

Вскоре от девушки не должно было остаться ничего. Совсем ничего.

Собственно, жриц тоже можно было не жечь. Но как я не мог сжечь Элию, так и не мог оставить здесь тела тех, кто погубил целый край. Погубил и даже не понял этого.

Взглянув на тело своей женщины в последний раз, я развернулся и покинул центральное святилище, а затем и Священный Храм. Древнее сооружение вновь опустело. И ещё долго останется пустым.

Судя по шуму в городе, нескоро у человечества появятся ресурсы, чтобы вновь освоить северные берега Озера.

У ворот с территории Священного Храма заканчивался бой. Странный бой. Мы остановились в двух сотнях шагов и наблюдали. А в облаке пыли, между тем, добивали друг друга демоны песков, одержимые и храмовые стражники.