Книга Вечные Пески. Том 7, страница 15 – Лео Сухов

— Этот ход открыт шёпотом, — предложил я третий вариант. — Если он ещё держится, то должны быть нашёптанные предметы, которые его поддерживают.

Оказалось, такими предметами были щиты, к которым жрицы прибили жертв. Точнее, не сами щиты, а каменные обелиски, на которые они опирались. Стоило поднести руку к такому обелиску, как Дикий Шёпот взрывался возмущённым бормотанием.

А стоило первый из них вынести за пределы комнаты, как дымка в круге задрожала и начала. После выноса второго, демонический проход уменьшился вдвое. Затем — ещё вдвое. А когда обелисков осталось меньше двух третей, проход, наконец, закрылся.

На этом я не остановился. И песчаные воины волоком потащили каменюки по коридорам к выходу. А потом занялись тем, для чего были созданы. Уничтожением, то есть, пусть и не живых сущностей, а нашёптанных предметов. В то время как я, со своими спутниками, вернулся в Убежище, чтобы всё-таки найти записи, о которых говорил Даран.

Их тоже не пришлось искать долго. Но всё же дольше, чем комнату с ритуалом открытия прохода. Что и неудивительно. Книги-то не стонали, явно обозначая своё присутствие.

Однако и глубоко уходить не пришлось. И это хорошо: похоже, само Убежище было поистине огромным. Я просто видел его схему на стене в коридоре. Остался крайне впечатлён. И пусть я был уверен, что в недрах подземелья скрыто немало полезного, но времени жестоко не хватало.

К тому же, я подозревал, что Даран, когда стал единоличным владельцем, тоже не использовал подземный лабиринт целиком. Ему это было просто-напросто не нужно. Будущий Владыка Времени обживал разве что ближайшие к выходу помещения, и только.

К слову, и прислужники Верховной Жрицы не стали бы каждый раз далеко ходить. И даже если Даран запрятал записи глубоко в недрах лабиринта, теперь их просто обязаны были перенести ближе ко входу.

Так оно и оказалось. В восьмой комнате по левой стороне коридора мы обнаружили склад с записями. И тут явно поработали прислужники Верховной. Все записи были рассортированы и разложены на столах из странного шершавого материала.

Да и сами записи оказались не из кожи и папируса. И даже не из новомодной бумаги, которую недавно начали производить в Великом Междуречье. Подозреваю, если бы в их основе были такие материалы, они бы просто не дожили до наших дней.

А древние записи уцелели, пусть и слегка истрепались за тысячи лет. Даже текст на них неплохо читался. Жаль только, что был он не только на древних, но и на, так называемых, утерянных языках.

Поводив пальцами и приглядевшись, я определил, что материал записей мне смутно знаком. Он чем-то напоминал некоторые материалы из моей прошлой жизни. Просто там никто и не думал их использовать, чтобы сделать носитель в виде рукописного текста. Но у каждого мира свои причуды.

Тем более, как я понял, по времена Дарана подобные записи было принято делать на века. Продолжительность жизни была выше, вот и рассчитывали люди протянуть эдак до сотни. А за сто лет любые документы придут в негодность.

И я теперь даже понимал, почему Даран просил их скинуть в озеро. А, главное, почему верил в то, что я смогу их потом достать в нормальном виде. Пресная вода вряд ли сможет этому материалу навредить.

Как и самим записям. Сделаны они были не обычными чернилами, а так, будто… В общем, казалось, что часть материала просто взяла и изменила цвет.