Книга Падение Сжигателя Книг, страница 5 – Энтони Райан

«МОЛЧАТЬ!» — взревел сын барона, и в этом приказе сквозили одновременно ярость и скорбь. Силы и боли в его голосе хватило, чтобы заглушить скандирование и даже заставить толпу отступить на шаг.

«Вы хотите справедливости», — произнес молодой дворянин, оглянувшись через плечо на пленную незнакомку. Его взгляд таил в себе обещание, говорившее о том, что разбирательство еще далеко от завершения. «Вы ее получите, в соответствии с законом. Так как постановил бы мой отец». Он запнулся, на мгновение скорбно опустив лицо, прежде чем снова повернуться к толпе и продолжить. «Как постановляю и я, ибо теперь я — барон этих владений, и вы обязаны подчиняться моему слову, так же как я обязан подчиняться законам короны. Эта женщина, — он направил меч на незнакомку, — будет взята под стражу, и мы призовем королевского судью, чтобы он выслушал все обвинения против нее. Таков закон. Те же, кто вздумает его оспаривать, изведают моей стали, клянусь Верой!»

Его голос сорвался на хрип, когда он процедил эту последнюю угрозу, однако непоколебимая хватка, с которой он сжимал меч, и шеренга дружинников по обе стороны от него, убедили горожан, что в этот день им не суждено насладиться зрелищем.

«Припасы в этих телегах — ваши, по воле моего отца», — произнес лорд Алкер, пока толпа отступала. На лицах большинства читалось мрачное неодобрение, но головы они склонили в покорном послушании. Была ли их покорность связана скорее с тем, что большинство слишком изголодались, чтобы поднимать серьезный бунт? Алкер сверлил их твердым взглядом, пока они не разошлись, причем большинство вернулись к наполовину разгруженным телегам. «Забирайте это с его благословения», — натужно пробормотал новый барон, убирая меч обратно в ножны, после чего повернулся к своей пленнице.

Ей следовало бы отвести взгляд, когда он подошел ближе, притвориться глупой дурочкой или разыграть слабоумную. Но она этого не сделала. Ее жизнь была полна обмана, и, хотя она еще не исчерпала свою способность убивать, к своему удивлению обнаружила, что больше не в силах лгать.

«А ведь они не ошибаются, верно?» — спросил лорд Алкер, наклоняясь ближе, чтобы встретить ее непокоренный взгляд сквозь слипшиеся от грязи волосы. Черты лица молодого дворянина теперь были бледны, а жгучая боль утраты ярко сияла в немигающих глазах, когда он говорил сквозь зубы, стиснутые в сдерживаемой ярости. «Я видел тебя. Видел, как ты на него посмотрела».

Она моргнула от летящих брызг слюны, сопровождавших его слова, и ответила ровным голосом с бесстрастным лицом:

«А вы знаете почему, милорд?»

Едва заметная судорога, исказившая его черты, дала ей ясный ответ, равно как и отсутствие недоумения в его глазах.

«Вы были там?» — спросила она, чувствуя вспышку гнева и внутреннего жара, которые говорили о пробуждении зверя. Новое его призвание так скоро потребовало бы высокой, возможно, даже смертельной цены, но, учитывая нынешние обстоятельства, эта перспектива не казалась ей пугающей. «Вы срывали одежду с убитых детей? Или просто довольствовались тем, что забивали собак?»

Его лицо побледнело еще сильнее, и он отпрянул от нее с таким же видом, как у тех простолюдинов, которых он только что усмирил. Кашлянув, он отвернулся и, бросив на прощание слова через плечо, тяжело зашагал к телу своего отца. «Тебя ждет суд, ведьма. Но не надейся, что он будет долгим».