Книга Задолбанец, страница 19 – Юрий Ра

Что значит человек с воспитанием, подумалось Денису. Как князь изящно сформулировал необходимость предстоящей проверки: не чужого боярина хочет испытать, а своих дружинников. Чтоб никакого урону чести пришлому благородному не нанести. А он еще думал, стоит ли кланяться местному властителю. Такому понимающему не грех поклониться, никакого урона чести в том нет. Денис поймал себя на том, что только первые сутки был боярином, а уже старательно следил, чтоб не было урона его достоинству, такая вот непонятная фигня.

Когда князь встал со своего кресла, Денис тут же вскочил и чуть не подорвался за ним. В последний момент вспомнил про достоинство и включил величавую походку, не такую, как у Болеслава, но тоже вполне куртуазную. Так они и спустились во двор, князь первым, Денис за князем, а потом оба без спешки проплыли по двору как два лебедя на пруду. Их уже ждали, у дальней стены кучковались на вскидку человек пятнадцать военных разной комплекции, возраста и одоспешенности. Денис посмотрел на них и понял, что не чувствует ни робости, ни опаски перед этими соперниками. Даже странно.

Дружинники тоже посмотрели на Дениса, причём с явным любопытством. Уже зная, что сейчас будет, коллектив единомышленников начала подтягиваться. Не на перекладине, а к князю. Попаданец понял — сейчас будут бить. Интересно, скопом или по очереди? Какая тут система отбора? Против двух противников он дрался на тренировке, против пятерых — в бугурте, когда остался один из всей пати. То есть в тот раз противников было человек двадцать, но остальным банально не хватило места подойти и ударить. Так что опыт замеса один против всех и не до смерти имелся даже без учёта видеоигр.

— Ратмир, сей славный муж зовется Денис Задолбанский, он выразил желание посмотреть, сколь искусна в сече моя дружина. — Князь проговорил эту фразу самому кабанистому дядьке в кольчуге, явному альфа-самцу этой стаи. — Только не поубивайте друг друга, будет печально, если потеха закончится сразу, как начнётся.

Денис понял, что слова имеют какой-то скрытый смысл, понятный воеводе, этому Ратмиру. Кстати, насчёт альфы, Болеслав харизмой воеводу явно превосходил. Он не отличался широкими плечами, не зыркал на всех лучами смерти, но была в нём какая-то невероятная уверенность в том, что любое его требование будет исполнено, что все вызовы, как стало модно говорить в двадцать первом веке, будут преодолены под мудрым руководством самого лучшего правителя современности, то бишь князя.

— Раз так, то давай-ка начнем дело поединком на дереве. А дальше как пойдёт. Задолбанец, у тебя шлем имеется? — Воевода смотрел с прищуром, словно снимал мерку с клиента. Вот только он больше походил на гробовщика, нежели на портного.

— Микула, сходи в трактир, захвати мой шлем. Да и щит до кучи тащи. — Раз есть слуга, надо привыкать его юзать по полной программе, а не решать все вопросы своими силами.

— Зараз принесу, боярин! Я мигом. Вы только без меня… Ой, молчу! — И Микула свинтил в мгновенье ока.

— Вторак, неси два щита и две палки, первым встанешь против задолбанца.

— А можа я погреюсь? — Донеслось из группы дружинников.

— Поговори мне!

Втораком оказался чуть не самый молодой дружинник невысокого роста в стёганом поддоспешнике, хотя кто знает, вдруг у него основной доспех? Он шел, прижимая к груди два круглых щита среднего размера, в правой руке были зажаты две дубинки. Причём, слово «дубинка» в данном случае помимо прочего чётко указывало на материал. «Здоровенный кулак у парня, — подумалось Денису, — мне б такие».