Книга Задолбанец, страница 133 – Юрий Ра

А где прадедушка? А что за прекрасный цветок восседает рядом в таком же кресле? Если Ремпай выглядел солидно и уверенно, то молодая женщина чуть за тридцать, если иметь в виду бизнес-леди его мира, держалась как глава «Газпрома» в каком-нибудь своём филиале.

— Погляди, Василисушка, какие послы нынче по земле Русской ездят. И не заморские послы, наши. Правнучка прислала сего молодца поклониться да помощи попросить в одном деликатном дельце.

— Что за дело? — Грозно спросила дамочка, не спуская глаз с Дениса.

— Хочет героя этого послать с посольством к Змею из-за северной горы. Сватать его будет за Уродину Трёхглавую.

— Вы что, совсем там с ума посходили! — Василиса встала со своего места и как бы выросла над всеми, придавив и Ремпая, и Дениса,и слуг весом своего непонятного гнева. — Да как ты смел! Ты должен был сгинуть без затей, а не царства новые устраивать! Что на тебе надето⁉ Где взял?

— Сам сделал. — Денису никто толком не представил ругачую тётку, сразу растерявшую очарование, словно граната потерявшая чеку к запалу. Он не понимал её места во власти, но чувствовал что-то нехорошее.

— Да я тебя! Да вот прямо сейчас!

С двух рук, словно плыла непонятным стилем баттерфляй, Василиса кинула в попаданца что-то невидимое. Невидимое и неощутимое, даже порыва ветра он не заметил. Ремпай сидел ни жив, ни мёртв, удивившийся сначала реакции архимгессы, потом отсутствию реакции бедолаги, вызвавшей гнев волшебницы. А потом мужчина вспомнил, что он как бы хозяин в этих стенах и осмелился спросить:

— Да что происходит-то? Он посол, от моей правнучки приехал, а ты его волной отрицания насерть! Василиса, ты его знаешь, что ли?

— Насмерть? Ты погляди, стоит гад и лыбится надо мною! Это ж ОН! ЭТОТ! Который из их мира! Который там глумится над магией и ИГРАЕТ магические войны! Играет! Он и сейчас играет, демон! И власти моей над ним нет! — Денис услышал про власть и подумал, что таким бабам власти давать нельзя категорически. Игра ей не нравится, понимаешь! А доспех получился отличный, какую-то волну отрицания отбил, выходит.

— ИЗЗЫДИ! Возвращаю тебя в то пекло, из которого ты вылез, аспид окаянный!

Тётка растопырила руки-ноги и встала морской звездой, видимо, для пущего эффекта. А может, волшбу творила такую, что мало пассов руками для неё, надо всем организмом корячиться. Напряглась, глядя прямо в глаза Денису и выпучив глаза, а потом коротко шепнула: «Изгоняю!»

Вспышка в глазах, а потом темнота. Это так что ли люди умирают? И как долго после смерти можно продолжать думать? Типа, в те миллисекунды, за которые мозг перерабатывает остатки кислорода, субъективное время растягивается для того… чтобы вся жизнь пронеслась перед мысленным взором умирающего. Денис не хотел умирать, так что в его случае секунда перед смертью всё тянулась и тянулась.

А потом в его посмертие ворвался голос жены: «Дэн, ты не охренел часом⁈ Я сколько раз говорила, чтоб ты не тащил свои железки в дом!» И Денису стало ясно, что ад существует, в его личном аду его будет пилить ненаглядная супруга, по которой он так соскучился! Он мысленно улыбнулся. «Улыбается еще, козлина такая! А в магазин кто обещал сходить!» — продолжала звучать музыка в ушах покойного.

Он откинулся в воображаемом кресле и рухнул на пол. Чего? Открывшиеся глаза демонстрировали приятный ракурс, потому как драгоценная и ненаглядная стояла буквально над ним, а вокруг её ног, сходящихся в неведомых высях, облаком колыхался подол чего-то короткого, чему название Денис так и не выучил. Выси были очень даже ведомыми, в прошлой жизни попаданец изучил их вдоль и поперёк.