Книга Задолбанец, страница 127 – Юрий Ра

И он задумался, чем это ему грозит. Выходило неоднозначно, сложно всё выходило. Тут и польза от сильного соседа, которого вроде как можно позвать на помощь в рамках договора о взаимной поддержке, и невозможность прирезать себе земли у северу от княжества путём их ползучего освоения с последующим заселением. Опять же рядиться с драконицей как, коли она по-нашему не разумеет? Через Дениса Задолбанского опять, а ну как голову где сложит, она у него буйная. И всё, уже не говоришь ни о чём.

Так и заснул владетельный князь за думами о масштабном. Ему совершенно не мешали резкие запахи, громыханье и звяканье, окрики, которыми Марфа направляла помощников. Он ждал результата и тихонечко похрапывал в княжеской алхимической лаборатории. Снилось ему, что зелье женой сваренное выпила не Марфа, а он сам, спутав с лечебным питьём от кашля. Выпил и обрёл способность превращаться не в рыжего лиса, а в красного Змея, огнедышащего, зело могучего и громадного. Как полетел он покрыть Трёхглавую Змею, дабы исполнить данное боярином Денисом обещание, как… Как вовремя его разбудила супруга, чуть не оскоромился!

Причина побудки была самая что ни на есть весомая — получилось! Зелье получилось одновременно тёмным и переливающимся, будто сполохи красноватые пробегали по почти чёрной глади жидкости, слегка колыхающейся в кубке.

— И что, будешь пить? — В голосе Болеслава сквозило подозрение, мол, как пить то, чего никто никогда из их знакомых не пробовал. А ну как траванёшься.

— Нешто откажусь? Зря что ли столько трудов, времени и золота трачено.

— Так это… — не нашёлся с аргументами князь, — то рассказки про волшебное зелье, иное дело самой в себя лить.

— А ты что предлагаешь? — Нахмурилась Марфа.

— Давай, я выпью, чтоб не пропало. Жалко тебя, вдруг помрёшь аль подурнеешь с лица.

Он вспомнил свой сон и сглотнул. Было страшно, а ну как жена ответит согласием, забоявшись пить. И что тогда? А если не даст она ему отвар, то как? Это у добру или к худу?

— Не пристало княжьей жене смерти бояться! А красота… не будут любить, так почнут бояться, тоже полезное дело. — И Марфа приложилась к кубку.

Очень удачно вышло, что всех свидетелей дегустации Болеслав выгнал из помещения. Здорово, что лаборатория была устроена в каменном погребе терема, а пуще того удачей стал дарёный задолбанцем пояс. Ни терем не принялся, ни князь не сгорел. А что бороду немного опалило, борода отрастёт. Вон, на Марфе из одежды только украшения и остались, те что на теле, а приколотые к платью все попадали вместе с пеплом, которым опала ткань.

Искры и волны пламени, пробегающие по телу не коснулись богатой косы, уложенной по голове, не опалили куст волос внизу живота, короче говоря, не нанесли никакого неудобства княгине.

— Хороша чертовка! — Не удержался муж. — Не больно тебе, лада моя? Всё ли поздорову?

— Охпогоди, Болеслав, дай отдышаться. Думала, что дольше будет крутить меня. Ан нет, легко обошлось.

— Ага, легко. На себя глянь, да на меня. Дырка на дырке, новая ж рубаха была, чистый шёлк!

Только тогда женщина осмотрелась, увидев урон, причинённый одежде мужа и своей.

— Сам-то не погорел?

— Оберег спас. Снова Денис приспел с помощью. Был бы он здесь, в ноги бы поклонился.

— Был бы он тут, срам бы вышел. Но да, его заслуга, что ты цел. Сильно горело, долго?