Книга Холод, согрей, страница 186 – Олег Фомин

— Мне нужно уйти, – сказал демон-жрец.

— Куда?

— В скалы, под землю. Я должен найти ее...

Эгорд понял, кого.

— Думаешь, жива?

— В ней моя кровь, а демоны – порода живучая...

— Тебе что-то нужно с собой? Уцелело, сам видишь, мало, но все-таки...

— Вам нужнее.

Хафал развернулся к скалам. Мантия качается в такт удаляющимся шагам, на ней переливаются оттенки заката, хвост ползет следом.

Демон-жрец остановился, голова чуть повернулась, видно зеленое пламя глаз.

— Держитесь.

Через какое-то время Эгорд в бывшем дворе крепости. Сюда элементалы и стрекозы стаскивают весь ценный хлам, его уже целая башня. На горизонте можно различить дрейфующие обломки кораблей, от них к берегу и обратно курсируют големы-пловцы.

Стрекозы показали, как вялой походкой приближается Тиморис. В кулаке болтается золотая сабля Велиры.

— Эгорд... – голос со спины.

Воин-маг продолжает следить за океаном.

— Тебе тоже надо поспать.

— Хафал мне все рассказал, – говорит Тиморис бесцветно. – Велира... завещала ему сабли, но одну он дал мне, а потом ушел. Сказал – искать мою внучку...

Такой тон Эгорд от лучшего друга еще не слышал. Это заставило отвести взгляд от воды, хотя основная часть мыслей все еще плетется вокруг идеи, как рациональнее вернуть остров к жизни.

— Ты знал, – говорит Тиморис столь же пасмурно. – Знал, что так выйдет.

— Нет.

— Спланировал все с самого начала? И появление на острове Велиры, и что Хафал в нее влюбится, и что... Все – холодный расчет?

— Нельзя рассчитать такую длинную цепочку. Можно создать условия, чтобы вероятность желаемого варианта развития превзошла остальные. Я не знал, во что именно это выльется.

Эгорд все еще спиной к Тиморису, однако стрекозы показывают – тот приподнял саблю Велиры, пальцы медленно скользят по клинку, веки опущены.

— Но результатом ты доволен.

Голос друга стал еще непривычнее.

— Использовал мою дочь.

От голоса веет чем-то очень недобрым.

— Нет, Эгорд, ты не мог не предположить такой исход. Я уверен – ты знал, к чему идет. Мог предотвратить. Но это не входило в твои планы, верно?

— Хафал и Велира принимали решения сами.

— Да-да, ты всего лишь создал условия... Тихо, в сторонке, как паук. Ледяной паук. Сплел все так, чтобы куклы принимали решения, нужные тебе.

Эгорд обернулся.

Голова Тимориса опущена, руки висят безвольно. Взгляд не здесь.

— Велира была моей дочерью... Да, я почти не знал ее. Бросил. Я плохой отец, но, Эгорд...

Поднял глаза, на щеках блеснули влажные пленки. Вокруг него воин-маг ощутил пугающе быстрое скопление энергии, хотя внешне Тиморис ничего не делает.

Растет лишь его злость.

— Это была моя... дочь!

Эгорд успел закрыться щитом света за миг до того, как об него разбился взрывом огненный шар. Воин-маг устоял, но его сдвинуло назад, на земле – борозда от сапог, а щит сгорел.

Потрясение – файербол как у лучших жрецов Ордена! – притупило разум Эгорда, и вместо того чтобы создать новую сферу, он выставил вперед ладонь.

— Друг, стой!

Второй шар, еще мощнее, заставил-таки признать, что щит гораздо эффективнее ладони. Вовремя. Пленка света лопнула, Эгорда отбросило, остатки крепостной стены, куда врезалась спина, выбили из горла крик, воин-маг упал ничком. Неловко поднимается.

— Остановись, Тиморис...

Уже обливается ручьями, будто целый день ковал железо в кузнице. Тиморис идет к нему. Эгорд пытается заморозить, но лед тут же становится водой и паром, жар вокруг Тимориса сияет оранжевым, а в глазах колышется пламя.