Книга Холод, согрей, страница 171 – Олег Фомин

Берег трясется – там кипит битва Клессы против гигантов. После краха башни силы бывшего генерала Зараха быстро истощаются. Три монстра начали забираться по склону к крепости, и Клесса уже не может их сдержать – его окружили. Камалия в отчаянии кидается на гигантов, но ущерб ее атак для них смехотворный.

Рядом с Клессой возник Зесс!

Зарезал призрак жрицы, а затем растаял – и появился на голове гиганта, с которым Клесса сцепился в рукопашной схватке. Хищно присев тремя конечностями на носу древесного ящера, Зесс держит руку с крисом вытянутой в сторону, смотрит Клессе в глаза.

Клесса раскрыл клюв – смести Зесса штормовым криком, от которого трескаются камни. Но глава ассасинов рассыпался в пепел и... втянулся в глотку клюва!

Эгорд подумал, что Клессе удалось победить, но радость сменилась предчувствием беды.

Клесса схватился лапами за череп, туловище выгнулось, над островом разнесся пронзительный крик. Монстр, с которым Клесса дрался, отступил, а полукровка, не выпуская голову из когтей, упал, его трясет агония, уцелевшее крыло и пара щупалец бьют по земле в хаотичной пляске. Древесные вараны-гиганты ревут, грохочут лапами – похоже на овации, мол, наша взяла.

Бедняжка Камалия растерянно мечется вокруг своего подопечного, забыв обо всех, не понимая, что случилось, а щупальца и крыло бьют по ней, Клесса не различает друзей и врагов – он где-то внутри себя, поглощен неравной битвой с безумием.

— Ямор, да что же это! – сокрушается Тиморис.

Остров превратился в свалку трупов, снега не разглядеть из-за тел демонов, ассасинов, големов, ледяных зверей, стрекоз... Много захватчиков полегло, силы, кажется, выровнялись, но демоны продолжают падать из шаров огня.

Над разрушенной башней в потоках дыма зависла, хлопая крыльями, Милита. Под ней сидит на руинах костяная виверна, кости охвачены фиолетовым пламенем, на хребте восседает некромант в сером плаще.

— Крысы в ловушке дерутся с тройной яростью! – восклицает Милита с удовольствием. – Но я обрушу на этот клочок суши в десять, да хоть в сто раз больше сил, чем уже обрушила! Ямор воистину щедр, когда поручает что-то важное!

— Зубы сломаешь! – крикнул Тиморис.

Милита подлетела к некроманту сзади, красные пальцы коснулись его плеча, сквозь серую ткань его капюшона демонесса шепнула на ухо, а затем – взмыла в небо.

Некромант встал на спину виверны, осанка величественная, складки плаща идеально прямые, как шпаги. Под накидкой горят во мгле две злые лиловые звезды. Медленно, как на торжественной церемонии, некромант скинул плащ, ткань улетела в огненную пропасть башни.

Весь в костяных доспехах, похож на мертвое дерево, а осиная талия, тонкие конечности и широкие плечи дают сходство с насекомым вроде богомола или палочника. В лысой голове сидят кристаллы с тьмой внутри, образуя треугольник, как гроздь паучьих глаз. Лицо длинное, бледное как мел, щеки впалые, торчат скулы, нос большой, орлиный. Без капюшона глаза светятся не так ярко – видны зрачки, белки, радужная...

Руки вытягиваются над головой, фигуру оплетает вихрь лиловых светлячков. Зазвучали слова неизвестного языка, камни на лбу наливаются все той же сиренью, энергия шипит, фиолетовый разбавляется белым, как черника молоком...

В надежде остановить заклинание Эгорд метнул комету льда, но лиловая воронка ее расщепила, втянула. Последнее слово некромант крикнул, руки резко в стороны.