Книга Смотритель Маяка 2, страница 83 – Сергей Шиленко, Артём Град

По щеке Мирель скатилась слеза. Я решил дать ей время прийти в себя и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Если захочет, обязательно поделится, а меня ждала смена, повидло, лепёшки и тунец! Пробовать тунца прежде мне не доводилось, это какая-то ресторанная еда, буржуйская, но пришло время и мне жевать «рябчиков».

За утренними хлопотами я только сейчас заметил, что на кухне появился знакомый жуткий запах. Креветки! В отсутствие холодильника остатки вчерашней трапезы очень быстро испортились.

— Эх, любишь кататься, люби и саночки возить. — проговорил я, задерживая дыхание.

Жечь остатки креветок в огне дело не только бессмысленное, но ещё и вредное. Панцири состоят почти наполовину из хитина, вонь из печи попрёт похлеще той, от которой я хотел избавиться: запах палёных волос, рогов или перьев. На другую же половину панцири — это кальций и белок, чистая органика. Морские обитатели с удовольствием съедят всё и скажут только спасибо, поэтому решил пустить их на прикормку для рыбалки.

Взял с полки литровую банку с остатками душистого перца, освободил её, заполнил не менее душистыми отходами креветок, густо засыпал солью, чтобы остановить порчу, и плотно закрыл крышку. Ну вот, а остальное отправим обратно в океан. Я застегнул полушубок, сбегал к океану и выбросил в воду креветочные шкурки.

— Да-а, запах — то ещё оружие массового поражения, — подумал я, заходя на Маяк. — Кстати об оружии. Мирель, наверное, уже отошла.

Я постучал, но ответа не услышал и медленно приоткрыл дверь, запуская внутрь свет факела. Грот был пуст.

— Мда, уплыла, наверное, решила развеяться. Тогда пойду готовить.

Замесив тесто на талой воде, оставил его доходить, даже бездрожжевому тесту нужно время, чтобы, как говорила мама, «отдохнуть». Если начать раскатывать сразу, тесто будет резиновым и начнёт сжиматься в комок, а отдохнувшее при выпекании раздувается, на нём образуются аппетитные пузыри, сами лепешки получаются мягкими и пышными. Через двадцать минут вернусь к нему снова.

Я подвинул стоявший на плите ковшик с повидлом, который забыл вчера. Моё варево загустело, прилипло ко дну, но от этого не стало хуже. Я наклонился и глубоко вдохнул мягкий лимонный аромат с примесью жжёного сахара. Пожалуй, так даже лучше. Зачерпнул ложку и попробовал. Лимонное повидло или варенье получило привкус карамели, мне не хватало слов, чтобы описать, насколько это вкусно. Я взял последнюю сухую половинку лепёшки Инесс, смазал густым слоем, смачно откусил и запил холодным чаем. Блаженство! В такие минуты даже сухая корка — чистейшая пища богов.

Чтобы скоротать время выдержки теста, я решил прогуляться по Маяку. С кружкой и лепёшкой отправился в подвал, заткнув за пояс факел. На дне колодца перед входным люком в нос ударил неприятный запах стоячей морской воды, которого прежде не было. Уже на этаже, жуя лепешку и периодически запивая чаем, я подошёл к стене, провёл пальцем по каменной кладке, и всё стало понятно: плесень. Нет, сама плесень ещё не проступила, но конденсат от двух тонн тёплой воды, которые всё ещё стояли на минус втором этаже, уже плотно вцепился в стены.

Дерьмово, надо бы ускориться и осушить это помещение. Значит, займусь этим после лепёшек, тунец пока подождёт.

Я посмотрел на экран системы, отметил несколько крупных китов, кристаллов и пресловутый «Облачный маяк» в сообщении червёртой вкладки радара. Слишком уж много информации за последнее время расширяло мой новый мир, и имелись ли у него границы, я не понимал. В воде нижнего этажа что-то хлюпнуло. В тишине подвала это прозвучало очень явственно, поэтому я подошёл к лестнице, наклонился вместе с факелом и заглянул вниз. Ничего. Хм, шлюз по-прежнему был открыт, я оставил его так намеренно, чтобы посмотреть, затопит ли помещение. Не затопило, пришлось просто принять это как факт.