Книга Смотритель Маяка 2, страница 81 – Сергей Шиленко, Артём Град

— Что это значит?

Я не ответил, пусть это станет приятной неожиданностью. Сбегав на кухню, прихватил две кружки и большую миску с креветками, наполнил кружки пенным и торжественно вошёл в грот. Мирель смотрела на моё сияющее лицо со скепсисом.

— Чему ты так рад?

— Ты просто не понимаешь, сейчас покажу.

Я сел на бортик бассейна, взял одну креветку и показал Мирель, как стягивать шкурку. Панцирь отошёл легко, с влажным хрустом.

— А зачем её очищать? — спросила Мирель, наблюдая за моими пальцами.

— А ты попробуй.

Она взяла креветку, повертела, ухватилась за край панциря и стянула. Получилось.

— Это так странно, — она разглядывала очищенное мясо, — раздевать креветку.

Мирель уже собиралась отправить её в рот, но я остановил:

— Погоди, капни совсем немножко сока лимона.

— Опять лимон? Да он у вас везде!

— Такая уж у лимона сочетаемость с морепродуктами, но каждый из них он делает по-своему уникальным.

Мирель поднесла дольку, капнула сок на креветку и положила в рот. Лицо её расплылось в непритворном блаженстве.

— Вкусно! — она зажмурилась. — Это так вкусно! Как тебе удаётся каждый раз готовить ещё более вкусную еду⁈

Я засмеялся.

— В моём мире для этого есть слово, гедонизм.

— Ге-до… — она споткнулась. — Гедонизм? Что это?

— Это когда находишь смысл жизни в получении удовольствия, в данном случае от еды.

У Мирель заблестели глаза.

— Да! Я гедонизм!

Я не стал её поправлять, просто рассмеялся.

Пришло время пробовать пиво, его кисловатый плотный запах уже давно будоражил моё обоняние. Сделал глоток. Кислый и густой напиток, очень крепкий, что-то вроде бельгийского, которое я пробовал ещё в той жизни. Достойно. Я закусил креветкой и расплылся в неге.

— Попробуй, — протянул кружку Мирель. — Важно обязательно с креветкой.

Русалка понюхала с сомнением.

— Пахнет мокрым деревом. Отец пил такое со старейшинами, когда бочки приносил океан.

Она отпила глоток и сморщилась.

— Странная штука, и знаешь, у меня от него двоится в глазах.

— Лучше выберись из воды, я знавал тех, кто тонул во хмелю.

Мирель выбралась на бортик, свесив хвост к воде. Сделала ещё глоток, закусила креветкой.

— Вот это да!

Довольная, она отхлебнула ещё раз.

— Это очень вкусно.

— С этой штукой надо быть внимательней, — сказал я, а сам подумал, что это пиво походит на «Стаут» по крепости, градусов семь, не меньше.

Через полчаса Мирель захмелела и, размахивая руками, чуть ли не с пеной у рта начала утверждать, что одним ударом убьёт Террана, попадись он ей.

— Один ведь только что был, — напомнил я.

— Мне просто стало его жалко, и вообще мы плавали наперегонки!

Ещё через час она улеглась вдоль бортика у каменной стены грота и задремала, я тоже изрядно опьянел. Притушил фонарь и вышел, стараясь не шуметь.

Пошатываясь, поднялся на кухню. На столе лежала открытая бутылка и письмо Смотрителя с указанными координатами.

Я разместился в кабинете и разложил перед собой карты Каспара. В конечном счёте, если этот Смотритель выяснил, как уничтожить туман, мог просто написать это в письме. Взяв циркуль, принялся вымерять расстояния. Всем Маякам, обозначенным Каспаром, координаты не соответствовали, пожалуй, кроме одного.

Координаты указывали на мой Маяк. Смотритель этого Маяка отправил письмо пятьдесят четыре года назад, утверждая, что нашёл способ победить туман. Тогда почему туман по-прежнему здесь? Значит, парнишке это так и не удалось. А заход был хороший. На этих мыслях хмельное сознание помутилось, я зевнул, сложил руки на столе и уронил на них тяжёлую голову.