Книга Смотритель Маяка 3, страница 111 – Сергей Шиленко, Артём Град

— Зачем?

Туман заметил в руке смотрителя камень и завизжал так, что у меня стрельнуло в ушах.

— Жги, твою мать! — заорал я.

Потухший факел упал на пол, мои ноги подкосились, когда туман сжал щиколотки. Черная слеза сверкнула над пламенем.

— Прости, дружище! — в следующее мгновение я из последних сил повалил мужчину на себя и скрылся за его спиной.

Электрический треск, смешанный с визгом тумана, воплями смотрителя, запахами горящей человеческой плоти и дерева заполнил комнату, белый свет слепил даже через зажмуренные веки. Полностью закрыться не вышло, пламя кристалла опалило мне волосы, штаны, сапоги и открытую кожу на шее.

Сквозь стену звуков прорезался искаженный рев, на ходу меняющий тембры.

— Хозяин придет за тобой! От тебя много проблем.

Последние слова стихли где-то снаружи.

Передо мной лежало тело смотрителя с обугленной кожей, пузырящимися руками и опаленными до основания волосами. От его одежды остались одни сгоревшие лохмотья.

— Прости, старик, надо немного подождать.

Сверху спустился черный кот с белой лапой.

— О-о, привет, приятель, — обожженной рукой я провел по мягкой шерсти. — Ты вовремя, твоему смотрителю нужна помощь.

Впервые я мог наблюдать эту магию со стороны. Все произошло, как рассказывала Мирель: кот запрыгнул на бездыханное тело и просто свернулся клубком. Маяк вздрогнул, древние механизмы закрутились в его недрах, шерсть животного покрылась золотым свечением, которое срывалось с волосков и уходило в мертвые ткани человека.

— Вот, пожалуй, и всё, — я огляделся. Типичная ошибка новичков: не хватило дров, недооценил опасность тумана. Письмо осталось на столе закрытым, лишь убранным в сторону. Человек поплатился за свою беспечность и теперь получил второй шанс.

— Больше он такого не допустит, — прошептал я, поднял факел и зашел в портал. Туман сюда не скоро вернется, теперь он придет за мной.

От моих сапог все еще шел слабый дымок. Ну вот, опять испортил! — Мучил ужасный голод, будто бой вытянул все силы, но готовить не хотелось. Я где-то слышал, что алкоголь — это тоже еда, вроде как в нём много калорий, поэтому вылил себе остатки рома, взял несколько орехов и уселся на каменный подоконник, точнее, на широкий проем окна кухни.

— Хозяин, говоришь? — глаза всматривались в клубы тумана метрах в двухстах от берега.

— Áу-у-у! — в жирной мякоти ореха попался осколок скорлупы. На секунду показалось, что сломался зуб, так было неприятно.

Я глотнул сладкого рома, тепло растеклось на языке и ушло в горло. То, как туман атаковал источники света, говорило, что он изменился, стал сильнее, ведь раньше боялся даже свечки.

Почему-то пришла мысль о зеленых кристаллах. Может, он уже смог воспользоваться ими?

Барьер маяка ему пока не поддавался, но только пока.

Я поднялся в фонарную, проверил все показатели системы и задержался немного на лестнице у спальни. Мирель мирно спала, в ногах у неё свернулся Боцман.

Вернувшись в кухню, растянулся в кресле у печи, поставив ноги на стул в славной позе уставшего холостяка. Сделал несколько глотков бодрящего напитка, глядя на тлеющие угли, и… задремал.

— Вставай, алкаш! — кричала мне жена во сне.

Я открыл глаза, когда Мирель легонько тронула меня за за руку. В окно сочился солнечный свет, а часы, что лежали где-то подо мной в кресле, показывали девять утра.