Книга Смотритель Маяка 3, страница 109 – Сергей Шиленко, Артём Град

На небе по-прежнему не наблюдалось ни туч, ни какой-либо пасмурности, но ветер с каждой минутой разгонял волны всё сильнее и сильнее.

— Надо поторопиться! — сказал я себе и привязал руку к веслу.

Несмотря на мою фактическую невозможность утонуть, и в этом Мирель права, шторм по-прежнему представлял для меня серьёзную опасность. Плавал я не так проворно, как русалка, и тонны воды могли в мгновение ока размазать меня о скалы. Хотя, возможно, они бы доставили меня на маяк гораздо быстрее, но не обязательно целиком.

Мирель толкала лодку, я греб и видел, что она устала, хоть и не показывает виду.

— Еще немного, осталось всего сто метров.

Лодка причалила, я выпрыгнул на берег и быстро привязал её к огромному камню.

— Мирель, хочешь жареной рыбы? — это фраза должна бы обрадовать русалку, но почему-то не возымела своего обычного действия.

— Не сейчас, — девушка едва держалась на воде, прикрывая глаза.

Если уж Мирель отказалась от любимого блюда, то дела совсем плохи, да и после всего, что она для меня сегодня сделала, отпускать в шторм или оставлять одну в каменном гроте её тоже нельзя.

— Идем? — сказал я Мирель и последовал на маяк

— А сейчас обязательно? — она была готова уснуть прямо сейчас.

— Конечно! Ну-ка бегом выходи из воды! — я боялся, что она откажется от комфорта и предпочтет «уютную» подстилку из водорослей на камнях.

— Ладно, — недовольная русалка вышла из воды, оделась и побрела за мной. Повязка на её коленке осталась совершенно сухой после адаптации, а значит, нога подзаживет во время здорового сна.

— Вот, — показал я на кровать.

— Что «вот»? — не поняла она.

— Ложись, говорю!

Мирель посмотрела на меня странным щенячьим взглядом, будто никто никогда не предлагал ей ничего более ценного, чем обычная кровать.

— Я же вижу, что ты с ног валишься, а спать на камнях или в воде неудобно, не по-человечески это.

Русалка села на кровать, помяла рукой матрас, потом вскочила и порывисто обняла меня.

— Спасибо, — она сказала это так тихо и слабо, будто уже спала. Затем легла, поджала под себя ноги и засопела буквально через несколько секунд.

— Да уж, будто неделю глаз не смыкала, — я накрыл её пододеяльником и поплёлся на берег разгружать лодку.

Чай кипел на плите, когда я, не обращая внимания на шипение выплескивающейся воды, с долотом в руках миллиметр за миллиметром освобождал черную бомбу. Одно неловкое движение, и Мирель не досмотрит свой сон. Что можно было отмочить, отмачивал, что только бить, бил. Подложив под лезвие мягкую тряпку, я мог сбивать наросты ракушек вплотную к кристаллу, не касаясь его.

Внезапно долото соскользнуло под ударом молотка и заскрежетало по черному стеклу.

Я задержал дыхание, слыша лишь гулкие удары собственного сердца и урчание Боцмана в соседней комнате.

Выдохнул. Пронесло.

Через несколько часов я уже любовался красотой абсолютно чистого черного гиганта со случайной царапиной на одной из граней. Им можно было месяц отапливать маяк или бесконечно использовать для запуска порталов, но нельзя даже пытаться использовать как источник света. Я просто не представлял себе такое количестве синих кристаллов, способных удержать подобный выброс.

На плите зашипела кастрюля. Вода выкипела, по кухне пополз запах раскаленного металла.