Книга Смотритель Маяка 3, страница 10 – Сергей Шиленко, Артём Град

Махнул русалке, что мы можем плыть в сторону корабля. Разумеется, она тут же схватила меня за руку и рванула в темноту, оставляя за собой маленькие водные смерчи. Моих начальных умений хватало только для того, чтобы перемещаться от одному борта к другому и курсировать между палубой и трюмом.

Вскоре в воде появились чёрные паруса, разбитая палуба и обгоревшие мачты. Корабль пока ещё имел частично натянутый такелаж и хорошую древесину, но пройдут годы, и всё это покроется илом, водорослями, обвиснет, разбухнет и сгниёт. Величественный корабль, некогда наводивший ужас на смотрителей, теперь покоился на дне океана.

'Пред кем весь мир лежал в пыли,

Торчит затычкою в щели!' — вспомнились знаменитые слова Гамлета. Ирония жизни.

Те снасти, что не уцелели в огне, вились в толще воды длинными угрями, пугая мелких рыб. Мы обогнули грот-мачту и заплыли в разлом. Как только свет проник под палубу, перед нами открылась пещера Али Бабы. Бочки и ящики, которые не выбросило на поверхность, теперь кучковались под потолком, закрытые сундуки, одежда, разная мелочь, что была легче воды, позастряла в перекрытиях, не в силах покинуть затонувшее судно. На дне трюма, скатившись в один угол, лежали ядра, крюки, ружья и сабли усеивали пол.

Я подумал, что все это придётся таскать на маяк целый день, и не терпелось посмотреть, что внутри всех этих сундуков. Но имелось ещё одно место, важность которого превышала весь хлам трюма: каюта капитана. И мы направились прямо туда.

В свете факела дверь выглядела добротной, массивной, тёмное дерево, окованное ржавыми полосами внушало уважение, но каюта оказалась заперта. Кованый замок размером с кулак показывал нам жирную фигу.

Мирель подплыла ближе, дёрнула за дужку толщиной с палец.

— Может, таран? — предложила русалка, изобразив руками бревно.

Я помотал головой. Так, стоп!

— Что ты сказала? — промямлил губами в воде. — Я тебя понимаю!

Русалка пожала плечами и дала понять, что не разобрала ни слова.

Выходит, это часть адаптации белого кристалла. Тело стало способно переводить звуки русалки под водой в понятную мне речь, хотя самому издавать подобные у меня не получалось.

Ну и ладно. Тоже жестами показал ей, что таран не подойдёт, в воде не размахнёшься, она погасит всю скорость.

Мирель вопросительно посмотрела на меня. Я поискал глазами какой-нибудь предмет, чтобы взять замок на излом, но на палубе ничего не нашлось, наверное, подошёл бы даже мушкет с его стальным стволом. Пришлось вернуться в трюм на поиски. Вдоль внутренней части борта стояли тяжёлые ящики, которые из-за своего веса не могли всплыть, и среди прочего я заметил один, сбитый из грубых досок.

Крышка пострадала при взрыве, и теперь болталась на одном гвозде, пытаясь всплыть, а внутри лежало настоящее сокровище, инструменты плотника: хороший топор, куча гвоздей, несколько долот разного калибра, ножовка, которой я несказанно обрадовался, и то, что нам так необходимо прямо сейчас, корабельный лом, метр кованого железа, с одного конца загнутый лопаткой и заострённый с другого.

Я вытянул его из ящика. Тяжёлый! Надо не забыть забрать инструменты на Маяк.

Вернувшись к каюте, просунул лопатку лома под дужку замка и хотел уже по привычке упереться ногой в дверь, но… меня ждало разочарование, хвостом-то особо не упрёшься. Пришлось изловчиться и навалиться плечом, толкая руками от себя. Ещё усилие… Ушко лопнуло, замок сорвался и, медленно переворачиваясь в толще воды, опустился на пол.