Книга И мы сгорим, страница 76 – Александра Рау

— Ты часто красишься? – поинтересовалась Наоми, разглядывая новую тушь. – Не видела тут никого с ярким макияжем.

— Пользуюсь только румянами и помадой. – Фло села на кровать, обняв колени. – Все остальное мешает при превращении.

— Да, ощущение, что оно въедается в кожу…

Флоренс дернула плечами, как будто отгоняя мурашки.

— Мерзость.

— Но занятия Хьюза с превращениями ведь не каждый день, так? – уточнила Наоми. – Почему не делаешь макияж в остальное время?

— Иногда делаю, но… Ладно, если честно, мне просто лень, – призналась Фло. – Мы тут годами видим одни и те же лица. Они уже сформировали свое мнение обо мне, я – о них. Зачем пытаться произвести на них впечатление?

— Но ведь можно делать это и для себя.

— Можно. Но зачем?

Наоми пожала плечами и неуверенно произнесла:

— Красиво?

— Только спрячешь всю красоту.

Встав с кровати, Фло подошла к Наоми со спины и, смотря в зеркало напротив нее, взяла передние пряди ее волос, чтобы больше открыть лицо. Заводила их за уши, прикладывала к голове, воображая на месте пальцев заколки, пыталась соорудить из непослушных волос прическу, но они то спутывались, то ложились не так, как задумано.

— Ты не подумай, что я отговариваю тебя или пытаюсь в чем-то убедить, – произнесла после тяжелого молчания Флоренс. – Просто твои яркие волосы – это твоя изюминка. Колечки в губе и в носу смотрятся, как будто ты с ними рождена. А с макияжем я тебя не видела, а потому знаю, что без него ты ничуть не проигрываешь какой-нибудь Лайле или Шерил.

Наоми поджала губы, пытаясь вспомнить, кому принадлежали эти имена. Лайла… Вроде бы так звали кого-то из друзей Альберта и Скотта. Может, ту блондинку, что однажды накинулась на нее в столовой? Учись они в нормальной школе, точно были бы компанией, состоящей исключительно из футболистов и чирлидерш.

— Да, люди они так себе, да и звери невзрачные, – поморщилась Фло, – но девушки красивые.

— Не спорю.

— Будь собой. – Флоренс отпустила пряди, и они снова упали Наоми на лицо. – Мне не всегда хватает на это смелости.

Она помрачнела, словно опустила последний барьер, который помогал ей притворяться. Наоми чувствовала это в ней – что она борец, какой бы нежной и слабой ни выглядела. Чувствовала раны, что скрывались под ее кожей, в том, как подрагивал голос, как она замирала и приходила в себя посреди разговора, как дергалась и шептала проклятья во сне. О последнем Наоми никогда не спрашивала – не хотела ставить Фло в неловкую ситуацию, раз уж держать себя в руках ей стоило таких усилий.

Запустив пальцы в коробку и нащупав знакомый тюбик, Наоми вытащила краску для волос и протянула ее соседке.

— Поможешь мне?

Наоми смотрела на Флоренс через зеркало. Та расплылась в теплой улыбке, но глаза ее оставались пустыми.

— Конечно.

Несмотря на два с половиной часа мучений, три пакетика осветлителя, от запаха которого наворачивались слезы, и две упаковки краски, которых едва хватило на густые волосы, в итоге Наоми ощутила себя свежей и полной сил. Холодный фиолетовый оттенок смотрелся совсем не так, как теплый красный. Казалось, даже лицо ее сменило цвет. И пусть синяки под глазами стали чуть более заметными, ее более чем устроил результат.

«Если бы смена прически правда помогала пережить сложный этап, я бы давно осталась без намека на волосы», – мысленно усмехнулась Наоми. Прежде она бы сфотографировалась, пока цвет еще яркий, чтобы затем понять, хочет ли она к нему возвращаться, но смартфонов в академии не было и в помине.