Книга Полыхающий рассвет, страница 139 – Лисса Соллей

— Это именно то, чего не хватало, – прошептала Морганна, глянув на Нишанта.

В её глазах он увидел всё – и костёр, и песню, и весь восторг, унёсший тяжесть из души. И действительно, этот вечер становился чем-то далёким, древним и родным, оплетая руки и ноги корнями памяти. Скрипка вдруг на миг ослабла, но тут же была подхвачена магией. Кайран убрал одну руку за спину и склонился со второй перед Хель.

— Первый танец с королём?

Не медля, Морганна схватила руку Кая, а он потянул её на себя, помогая встать.

— Разумеется!

Они встали друг против друга. Кай хлопнул пару раз возле одного своего плеча, а Морганна повторила его движения у пояса. Так же сделав и с другой стороны, Кайран решительно шагнул к Хель. У Нишанта внутри что-то болезненно ёкнуло. Флейта же начала свой рассказ, нежно извлекая первые звуки танца, которые напомнили пение свиристеля на рассвете. Лёгкие восходящие трели уверенно взвились в воздух и рассыпались аккордами сальты, как солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву. Каждая нота словно светилась, манила в пляс и не желала спокойствия.

Кай резко развернулся, схватив Морганну за руку, и потянул на себя. Спина к спине, они поочерёдно подняли руки по бокам, повернулись лицами и вновь нырнули за спины, топая в ритм. Хлопки становились всё более выразительными, нарочито подчёркивали каждый поворот и каждую остановку. Удивительным делом оказался их танец – каждый шаг, каждый взмах получались интуитивно, словно бы они читали мысли друг друга. Морганна, завершив один из своих поворотов, слегка отшагнула, подначивая партнёра. Кай ответно поднял руки, начав вместе с ней проходить по границам невидимого круга.

Скрипка без музыканта вновь вступила, наполнив своим тягучим вокалом мелодию песни. Завораживающие переходы создали эффект речи и вдруг стихли, пустившись в шёпот древних преданий. Её партия, словно водный поток, то быстрая и бурная, то мягкая и ленивая, стала чем-то большим – голосом всех страстей и переживаний, переплетя в единую нить радость и печаль.

Нишант решился – или сейчас, или никогда. Когда Морганна проходила мимо него, он мягко схватил её за руку и утянул за собой. Подняв руку, он прокрутил её вокруг себя и, подхватив под спину, потянул по той же линии. Кай недовольно, но весело вскрикнул, выражая несогласие, но, подхватив инструмент, зашёл за спину Салем, которая игриво повела плечами. Каждое движение чародейки было полно изящества, и король, подхватив темп её танца, добавил в него свои элементы – резкие повороты и мягкие шаги назад.

Альберта эта картина заставила рассмеяться. Он вновь громко ударил по струнам, вклиниваясь между игрой друзей, а после поднялся и втянулся в танец Мэриэли. Его бой, как удар молота по наковальне, менял ритм, и теперь уже он был тем, кто задавал темп.

Нишант покрепче сжал ладонь Морганны и, встретившись с ней глазами, вспомнил ярмарку Милори. Да и не только её – все костры, где звучали песни, где они так же танцевали, все касания и объятия, все секреты, что их связали, все чувства. Это достигло своего пика, и, не сдержав ни улыбки, ни смеха, он подхватил Морганну за талию и закружил, прижимая к себе. Ей только и удалось, что обхватить его плечи, ответно захохотав. Аккорды сальты, насыщенные и динамичные, напомнили о тех годах, полных надежд и мечтаний, их общих чувств. Забылось всё плохое – и страхи, и горести, и тяготы, хотелось только одного – навсегда застыть в этом моменте.