Книга Воин Арете, страница 94 – Джин Родман Вулф

— Ах, это! – воскликнул Асет. – Клянусь Девственницей^[50], никогда в жизни мне не было так страшно! Ио там, между прочим, не было. Полагаю, что ей все это поэт рассказал – он тоже был родом из Фив. Ты-то, надеюсь, такими вещами не занимаешься, Эгесистрат?

— Некромантией? – Прорицатель покачал головой. – Один или два раза я вызывал духов, одному даже задавал вопросы.

Он поболтал вино в чаше, любуясь бликами на его поверхности, потому что они гораздо больше могли сказать ему, чем, предположим, мне. Помолчав, он снова заговорил:

— А ведь духи людей становятся все более злобными, вы заметили? Раньше чаще попадались всего лишь заблудшие души, которым удалось выбраться из Царства мертвых или вообще не довелось побывать там; такие духи ничуть не хуже живых людей, а часто даже и лучше. Таковы были и те, о которых мне в юности рассказывали мои учителя. И те, с которыми мне довелось встретиться самому. Но теперь меж них затаилось зло. – Он снова помолчал. – Кто-нибудь из вас слышал историю капитана Убрия? Вы знаете о Белом острове?

Асет покачал головой; чернокожий, Ио и я тоже.

— Это было за два года до войны, так он мне говорил. Его корабль вышел из устья Истра^[51], окутанного густым туманом, когда впередсмотрящий крикнул с мачты, что слышит музыку и хлопанье множества крыльев. За разговором они, наверно, их не замечали, но тут прислушались и действительно услышали эти звуки, а вскоре поняли, что перед ними не густой туман, а остров с белыми утесами и полоской белого песка на берегу. Убрий рассказывал мне, что с детства плавал в этих водах и отлично знал, что там такого острова нет и быть не может. И все же он был там!

— И что же он сделал? – спросила Ио.

— Да в общем-то ничего. Но тут на песчаном берегу появился некий человек в латах. Он махал им рукой и громко просил прислать за ним шлюпку.

Убрий решил, что этот человек хочет, чтобы его оттуда забрали, а поскольку ему было очень интересно узнать, что это за остров, то он велел четверым матросам спустить шлюпку и плыть к берегу. Вскоре стало ясно, что это воин, который, по словам Убрия, был необычайно, божественно хорош собой и силен как бык. Едва днище лодки коснулось дна, Убрий выпрыгнул из нее и приветствовал незнакомца, сказав, что он может располагать как им самим, так и его кораблем.

«Я Ахиллес^[52], – сообщил ему призрак, – и я прошу тебя об одном одолжении». Ну и Убрий, естественно, сказал, что готов выполнить любое его желание. «Тогда ступай в храм Афины Илионской^[53], – сказал призрак. – Там ты найдешь рабыню по имени Криза. Выкупи ее у жрецов и доставь сюда».

Убрий, конечно же, поклялся, что сделает это, снова прыгнул в лодку и поспешно отплыл от берега. Когда они разворачивались, призрак сказал: «Она последняя в роду Приама^[54] – обращайся с ней почтительно!»

Они поплыли в Трою, и в течение всего плавания ветер был попутный, и Убрий разыскал ту девушку. Ей, по его словам, оказалось лет четырнадцать, и она была служанкой в доме одного из жрецов. Он заплатил за нее немалую цену и обеспечил ей на своем корабле всевозможные удобства и полную праздность. Он сказал ей, что она предназначается в дар некоему царю с острова в Понте Эвксинском, и она охотно обещала ему всегда хорошо о нем отзываться перед этим царем.