Книга Эскортница поневоле, страница 51 – Элен Ош

После ужина он убрал тарелки. Сел рядом. Ближе, чем нужно.

— Через пару дней я должен быть в другом городе. Дела. Ты поедешь со мной.

Я подняла бровь, но он перебил до того, как я успела съязвить:

— Без глупостей, Мирослава. Просто будь рядом. Я не прошу тебя молчать. Просто быть рядом.

Молчала. Внутри не страх, не желание бежать. Любопытство. И странное принятие.

Он достал из кармана брюк мой телефон. Тот самый, который отобрали похитители, вместе с клатчем. Положил его на столик передо мной.

— Позвонишь потом маме. Скажешь, что ты в порядке. Не волнуй её лишний раз.

Я сжала телефон в ладони, чувствуя, как внутри разливается благодарность. Не за то, что вернул. За то, что не превращает это в условие. Просто даёт.

Он взял меня за руку. Просто смотрел в глаза. Я не отводила взгляд. Медленно, почти неслышно прошептала:

— Не останавливайся.

Он наклонился медленно, давая мне время отстраниться. Не отстранилась. Губы коснулись моих мягче, чем в кабинете. Словно исследовал.

Платье расстегнулось на спине и атлас скользнул вниз, открывая плечи, грудь, ключицы. Он целовал их медленно, почти благоговейно.

Я лежала на шкуре. Мягкий ворс под спиной, жар камина на коже, и его руки тёплые, уверенные, не торопливые. Он изучал меня так, будто видел впервые. Я позволяла.

Секс был медленным, глубоким. Не битва, а танец. Когда я не сопротивлялась, а принимала. Когда он не брал, а входил с осторожностью, будто я была хрупкой вещью, которую боялся сломать.

Волна поднималась медленно: не резкая, не обжигающая, как в кабинете. Глубокая, тёплая, накатывающая с каждым его движением. Он смотрел на меня, и я позволила ему видеть каждую эмоцию на своём лице.

Я кончила, глядя в его глаза, и в этом не было стыда. Только правда. Он кончил следом тихо, почти беззвучно, прижимая меня к себе, уткнувшись лицом в мою шею. Чувствовала его горячее, прерывистое дыхание.

Мы лежали неподвижно. Огонь трещал, сердца бились в унисон. Его рука лежала на моей талии. Моя — на его груди, где я слышала ровный стук.

И уже не хотелось ничего менять.

Он прижал крепче. Словно услышал эту мысль.

Внутри разливалось что-то новое. Не злость, не страх, не ненависть. Что-то, что уже изменило меня навсегда.

Утром я проснулась от того, что меня целовали в плечо.

Не грубо, не требовательно. Мягко, почти невесомо, словно проверяли, проснулась ли я. Не открывая глаз, я улыбнулась. Сама не заметила как. Тёплая ладонь легла на талию, притягивая ближе, и я почувствовала его дыхание на своей шее.

— Доброе утро, Мирослава.

Голос хриплый, сонный, без обычной стальной нотки. Таким я его ещё не слышала. Это было странно и приятно.

— Доброе, — пробормотала я, всё ещё не открывая глаз. — Который час?

— Шесть утра. Через час выезжаем.

Я резко села. Одеяло сползло, и я встретилась с ним взглядом. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и смотрел на меня с лёгкой усмешкой. Уже в белой рубашке, но без пиджака. Свежий, выбритый, только царапины на щеке еще напоминали о недавнем.

— Шесть утра? — повторила я, пытаясь переварить. — Ты серьёзно? Мы же вчера легли за полночь.

— Дела не ждут, — он приподнял бровь. — Или ты передумала ехать?

Я хотела сказать что-то едкое про «эскортницу на выезде», но осеклась. Он не давил. Не приказывал. Просто спросил. И я поняла, что действительно хочу ехать. Не потому что должна. Потому что интересно.