Книга Эскортница поневоле, страница 31 – Элен Ош

Глупая девочка. Ты думала, я просто так отдал тебе телефон?

Но тут же поймал себя на другой мысли: «Держись, Мирослава. Я иду».

И в этом «иду» было всё: и обещание, и угроза, и странная, почти незнакомая мне нежность.

Машина мчалась по ночным улицам. Фонари мелькали за окном, оставляя в глазах световые полосы. Я смотрел на экран, где точка продолжала свой путь.

— Быстрее, — процедил я сквозь зубы.

Голос прозвучал ровно, но в нём застыл металл.

Водитель вжал педаль газа. Двигатель взревел. Я поправил рукав пиджака, чувствуя холод стали в руке. И усмехнулся той самой усмешкой, от которой у нормальных людей кровь стынет в жилах.

Кто бы вы ни были, вы совершили ошибку. Она — моя. И я верну ее.

Спрашивать бесполезно. Как и умолять. Я это поняла, но не сразу.

Сколько раз сидела в уютном кресле перед телевизором и комментировала действия жертв какого-нибудь боевика, когда бедолага пытался воззвать к здравому уму похитителей или маньяка. Тогда мне казалось, что это глупость и паника. Теперь я знала: это просто отчаяние, которое не может молчать. Тело само пытается найти выход, даже когда мозг уже всё понял.

Ирония ситуации хлестнула пощёчиной. Я, образованная женщина, которая всегда знала, как правильно, оказалась на месте той самой жертвы. И рот открылся сам собой. Не от смелости. От беспомощности.

— Ребят, а вы кто? Тут, наверное, недоразумение какое-то вышло…

— Заткнись, сука! — рявкнули с переднего сиденья. Хрипло, зло, с такой силой, что я физически вжалась в обивку машины.

Не успела толком испугаться, потому что тут же другой, сбоку, лениво протянул:

— Чего ты на неё орёшь? Всё равно никуда не денется.

— А ты не лезь. Я сказал: заткнись.

Они переругивались надо мной, как будто меня здесь не было. Как будто я уже перестала быть человеком.

От них пахло потом и дешёвым табаком. Желудок сжался, но я не закашлялась: боялась спровоцировать новый окрик.

Второй, тот что справа, не ответил. Только хмыкнул. И стало тихо.

Я подобрала ноги под себя, пытаясь занять более приличное положение. Не потому что надеялась на комфорт. Просто хотела перестать чувствовать себя кульком с картошкой, брошенным на пол. Сесть в кресло никто не предложил. И по виду двух сидящих в салоне мужиков было ясно, что и это мне не светит.

Самые обычные лица. Такие встречаются на каждой улице, и никогда не подумаешь, что они могут вот так… Один с татуировкой на шее, какая-то аляповатая роза, второй с коротким ёжиком волос и проколотой бровью. Я запоминала их, потому что больше не на чем было задержаться взгляду. Лица. Голоса. Если выживу, пригодятся.

Всего их было четверо. Ещё водитель и пассажир на переднем сиденье. Лица того, справа, я не видела, только затылок. Но он не оборачивался, не интересовался мной. Командовал. Молча. Одними жестами. И его слушались.

— Скоро приедем, — бросил кто-то из задних. — Не дёргайся.

Я не ответила.

На улице давно стемнело. Огни остались где-то позади. Мы уже выехали за пределы центральных улиц, и даже свет редких фонарей перестал пробиваться в окна. Я не представляла, в каком направлении мы двигались. Сбилась со счёта поворотов. Пыталась запоминать, но страх съедал память.

Прижалась спиной к сиденью. Поглядывала то на двоих в салоне, то на ручку дверцы. Ну, даже если я рвану, успею только открыть дверь. А дальше? Ни шагу. Поймают.