Книга Умри тихо, мой ангел, страница 44 – Андреас Гётц

Постепенно шум вокруг него стих, смолк, вскоре автоматически отключился последний душ. Однако Саша продолжал снова и снова нажимать на кнопку, чтобы вода продолжала литься. Холодная как лед. Этого не может быть, все время думал он, этого просто не может быть. Зачем Натали надо было совершать такой страшный поступок?

— Саша?

Он открыл глаза. Ханзельман в спортивном костюме стоял перед ним и смотрел на него как на прокаженного.

— Парень, что с тобой? — закричал он.

— Ничего. Я принимаю душ.

— Ты в своем уме?

Внезапно из душа перестала литься вода. Сашу охватило такое странное чувство, что у него сразу же подкосились ноги. И вообще он чувствовал себя не в своей тарелке. Он даже не мог точно описать свое состояние. Вырвет ли его сейчас? Или потемнеет в глазах? Не говоря уже о том, что он промерз до костей.

— Бог мой, парень! — воскликнул Ханзельман. — Что с тобой?

Только сейчас Саша заметил, что дрожал всем телом. Его колени дрожали, а зубы выбивали дробь.

— Все хорошо. Выходи, вот твое полотенце. — Ханзельман снял его с крючка и протянул Саше.

— Я еще не намылился.

— Господи, тебе надо не намыливаться, а вытереться насухо. И потом бегом домой.

Саша взял из его рук полотенце. Ханзельман продолжал стоять около него, как санитар в психбольнице. Когда Саша кое-как вытерся, он направился в раздевалку и оделся; отстав на два шага, Ханзельман последовал за ним.

— Ты не хочешь мне сказать, что случилось, парень? — еще раз спросил Ханзельман таким тоном, который звучал раздраженно и озабоченно одновременно.

— Ничего не случилось. Абсолютно ничего.

— Это на самом деле ужасно, — сказала Джой. — А с тобой действительно все в порядке?

— Конечно. Мы же не были… — он откашлялся, — парой или чем-то в этом роде. Всего лишь… Даже не знаю, как это назвать… Просто были знакомы…

— Ты никогда не рассказывал о ней.

Саша пожал плечами.

— Да и не о чем было рассказывать. Действительно не о чем.

Саша считал, что держался вполне достойно. Конечно, трагическое известие потрясло его, но потом он довольно быстро взял себя в руки. Приемы Андроша функционировали все лучше. Но лучше всего действовал прием, который недавно он сам разработал. Он назвал его холодное сердце. Он был очень простым: он представлял себе, что его сердце, точно так же, как и сверкающее пластиковое сердечко, подаренное ему Натали, окружено небьющимся покрытием, которое ничего не пропускало ни внутрь, ни наружу. Так он справился с разочарованием, испытанным им в отношении Натали, и сумел обуздать свои чувства к Джой. Хотя именно сейчас это давалось ему особенно тяжело. Но отсутствие чувств значительно облегчало жизнь, и чем больше он будет тренироваться, тем лучше овладеет этим приемом в будущем. И в один, будем надеяться, не слишком далекий день он станет таким же крутым, как этот Тристан, которого Натали считала классным, или как обладатель кабриолета, бывший бойфренд Джой. А может быть, даже таким же крутым, каким был его отец.

— Если ты хочешь, чтобы кто-то пошел с тобой на похороны, — сказала Джой, после того как некоторое время они сидели молча, — в качестве моральной поддержки или просто так… Дай мне знать, хорошо?

— Я справлюсь с этим. Я же не какой-нибудь слабак.

Она удивленно посмотрела на него, но ничего не сказала.