Книга Умри тихо, мой ангел, страница 160 – Андреас Гётц

Она снова сдернула с головы бейсболку и зашвырнула ее в угол.

У Саши не укладывалось в голове то, что он только что услышал. Ее дела и без того были достаточно ужасными. Но та манера, в которой она о них рассказывала, делала их еще страшнее. Ни следа сожаления. Или раскаяния. Нет, создавалось впечатление, что она с наслаждением вспоминала о содеянном.

— Я всего-навсего оказала им одолжение, — добавила она, помолчав несколько секунд. — Ведь они же сами хотели умереть. Просто они оказались слишком трусливыми и не могли решиться на это без чужой помощи.

— А как же Лайла? А Мирко? — воскликнул он. — Как же быть с ними? — Марайке лишь пожала плечами. — И вообще, почему? Что тебе сделали все эти девушки? Ты же их совсем не знала. — Еще как знала! — Взгляд, которым Марайке смотрела на него, был одновременно обжигающим и холодным как лед. — Но как это сможет понять такой человек, как ты. Такой красавчик, которого невозможно не любить и в которого по уши влюблены все девчонки.

То, что в него были влюблены все девчонки, оказалось для него новостью. Как это только пришло ей в голову?

— Я действительно хотела, чтобы все прошло гораздо красивее, — сказала она. — Романтическое настроение здесь со всеми этими свечами, мы смотрим друг другу в глаза и чокаемся друг с другом, а потом я смотрю, как ты умираешь, и, когда ты умрешь, я следую за тобой. И мы соединяемся навсегда.

Когда ты умрешь — слова, которые врезаются в тебя как бритвы. Вот каким, оказывается, был ее план, и было не похоже, что она собиралась отказываться от него.

— Не сопротивляйся, Саша. Все произойдет действительно быстро. Тебе надо будет сделать только один большой глоток.

Она отвинтила пробку бутылки с колой.

— Я не буду это пить!

Он хотел выкрикнуть эти слова ей в лицо, но из его горла вырвался лишь хриплый шепот.

— Еще как будешь. — Она подняла руку с зажатым в ней электрошокером. — Если я еще разок обработаю тебя вот этим славным прибором, ты будешь достаточно долго парализован, чтобы я успела влить тебе в горло колу.

Дерьмо! Ни в коем случае нельзя было позволять ей еще раз достать его электрошокером. Когда она приблизилась к нему достаточно близко, он начал отбрыкиваться как бешеный и попал ногой ей в бедро. Она вскрикнула, скорее от испуга, чем от боли, и отпрянула назад. Но ему было ясно, что это лишь короткая передышка.

В этот момент снаружи донесся крик:

— Саша! Саша! Где ты?

Джой! Его сердце встрепенулось. Она была жива! Она была здесь!

Страх пропал, прилив новых сил воодушевил его.

— Я в вагончике, Джой! — закричал он во все горло. — Ты меня слышишь? Поторопись!

— Я иду!

Марайке на мгновение замерла в нерешительности, напряженно раздумывая. Саша воспользовался этим моментом невнимательности. Прицельным ударом ноги он выбил из ее рук бутылку с колой. Описав высокую дугу, она отлетела в угол на кучу одеял и подушек. Марайке словно разъяренная тигрица метнулась за ней, порылась в куче одеял и нашла ее. Однако уже было слишком поздно. Бутылка оказалась пуста.

Кипя от злости, Марайке метнула ее в сторону Саши.

— Только не думай, что это спасет тебя, — злобно прошипела она.

Она несколько раз пнула его ногой. Однако она могла пинать его сколько ее душе угодно, это никак не сказалось на его надежде на спасение.