Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 96 – Пё Чанвон

9 января 2024 года, вторник

Профессор Юн Ыйчжу, отвечающий за ГИС-анализ в ГААП, сосредоточился на анализе географических особенностей третьего места преступления. Личность жертвы первого из цепочки преступлений так и не была установлена, поэтому было сложно о чем-либо судить, но в остальных случаях нападение на жертву было совершено в непосредственной близости от места проживания. Но можно было предположить, что и в первом случае нападение произошло неподалеку от места, где проживала жертва. Также при совершении второго преступления отсечение половых органов произошло непосредственно в доме потерпевшего, в третьем и четвертом случае его куда-то транспортировали. То есть место проведения второго этапа преступления – отсечения – было разным у каждой из жертв. Ну и, наконец, имеющее самый символический смысл место – место осуществления третьего этапа, оставления отрезанной части тела – во всех случаях неизменно располагалось в общественном месте, а именнов в женской уборной.

Первое дело, вероятно, имело религиозный подтекст и было связано с певцом-кастратом Ли Гёндо; в остальных случаях прослеживалась связь с заведениями сети «Стелла Дроп». Среди свидетелей на местах первых двух преступлений оказался один и тот же человек, скрывший свои персональные данные, гражданин-призрак, даже не зарегистрированный в национальной системе персональных данных. Четвертое дело подтвердило предположение профессора о том, что преступники действуют намеренно и по заранее продуманному плану: каждый раз преступление происходило на севере Сеула, но при этом места преступлений постепенно смещались на восток. Необходимо было выяснить, где находится конечная цель и почему они выбрали такую последовательность.

Во всех четырех случаях части тела были оставлены в пятницу ночью. В серийных преступлениях такое соблюдение определенных паттернов может привести к тому, что профайлером легко будут выявлены некоторые особенности преступника – что способствует последующему задержанию. Действующие слаженно и продуманно, преступники не могли этого не учесть, но продолжали следовать этой закономерности; была ли в этом какая-то особая причина?

Тем временем в следственном штабе были задействованы все возможности киберполиции для установления личности и местонахождения администраторов сайта «Цифровая тюрьма». Также был составлен список подозреваемых – следователи начали проверять их алиби и устанавливать возможный мотив преступления. На первом месте в списке подозреваемых были те, у кого могла быть личная неприязнь или обида по отношению к жертвам. Также в список включили ветеринаров с большим опытом в кастрации скота, а также и тех, кто самовольно занимался такими операциями в частных фермерских хозяйствах. После рассылки по всем полицейским управлениям страны запроса о помощи в сборе информации о возможных подозреваемых в штаб начали поступать сообщения о людях с выраженными девиантными сексуальными наклонностями.

Даже после последовательного отсева заведомо не подходящих подозреваемых список все равно включал в себя тысячи лиц, на проверку которых были брошены все силы полиции. С каждым из списка нужно было лично связаться, установить местонахождение, назначить встречу, получить показания об алиби и последних передвижениях, а затем перепроверить их через опросы окружения – изнурительная и однообразная работа. Однако стоило хоть одному полицейскому проявить невнимательность к одной малейшей детали в этом потоке, и все могло бы пойти насмарку.