Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 65 – Пё Чанвон

— Нашла!

У одного из пятнадцати свидетелей, находившихся на месте происшествия, правый указательный палец слегка скользнул под углом в 175 градусов – и на поверхности остался след. Имя, найденное в списке, составленном при заборе отпечатков, – У Чжитэ, 1990 года рождения. Судя по отпечатку, палец был тонким и маленьким и принадлежал скорее женщине, однако имя больше походило на мужское, и это было странно. Чин Кёнвон позвонила детективу Киму из пятого отдела по особо тяжким преступлениям, который занимался проверкой свидетелей.

— Лейтенант! Что-то случилось?

— Детектив Ким, вы ведь сейчас проводите проверку свидетелей по делу Культурного центра?

— Да, проводим. Но у нас тут возникла проблема – один человек сообщил нам фальшивые личные данные. Теперь не знаем, что и делать.

— Фальшивые? Тогда, на месте, вы не сверили их с документами?

— Я расспросила сотрудников участка, которые первыми прибыли на место. Там был такой хаос, журналисты набежали… Долго задерживать людей не могли. Поэтому начальник…

— Начальник следственного отдела?

— Да. Тогда приехала ваша криминалистическая группа, вы быстро сняли отпечатки у свидетелей и велели участковым проверить их личные данные, верно?

— Верно.

— Но вскоре после этого на место прибыл начальник – то есть уже бывший начальник. Он находился поблизости, на площади Кванхвамун, наблюдал за передвижениями демонстрантов.

— И он распорядился всех отпустить?

— Да. Когда ваша группа еще работала на месте, начальник сказал, что мы не имеем права долго задерживать свидетелей. Приказал лишь взять у всех личные данные и отпустить.

— То есть вы даже не пробили информацию по базе и просто поверили всем на слово? И среди них оказались те, кто дал ложные сведения?

— Мы это выяснили уже в ходе проверки. Ничего не сходится. Имя, телефон, номер удостоверения личности – все фальшивое.

— Сколько таких?

— Один человек.

— У Чжитэ, верно?

— О… как вы узнали? Не зря говорят – с кем поведешься, от того и наберешься. Вы теперь прямо как наш начальник, все-то вам известно!

— Что ж, все ясно. У меня есть снятые отпечатки, я пробью их по базе. Кстати, что там по свидетелям с места происшествия в районе Тонджа-дон – их данные и отпечатки уже получили?

— Нет. Это уже зона ответственности участка Ёнсан.

— Ясно.

Чин Кёнвон заполнила заявление на проверку отпечатков, получила соответствующее разрешение и отправила запрос в Национальное полицейское управление. Спустя некоторое время пришел ответ: отпечатки в базе данных отсутствуют. Иными словами, их владелец не числится в системе регистрации граждан Республики Корея.

Может быть только три типа людей, не попавших в систему: несовершеннолетние, иностранцы и взрослые, рожденные в Корее, но не зарегистрированные в системе учета населения, то есть не получившие удостоверения личности. Среди пятнадцати человек, у которых Чин Кёнвон лично сняла отпечатки, несовершеннолетних точно не было. Не было и тех, кто в процессе установления личности продемонстрировал слабое владение корейским языком. Значит, велика вероятность того, что владельцем отпечатка был человек родом из Северо-Восточной Азии, хорошо владеющий корейским, кореец с иностранным гражданством; либо незарегистрированный житель – так называемый гражданин-призрак. Тело, обнаруженное несколько лет назад в деле о смерти по неустановленным причинам, тоже принадлежало такому человеку – после рождения родители не оформили свидетельство, в результате чего ребенок не смог получить обязательное образование и воспользоваться социальными льготами – и так всю жизнь и прожил без официальной записи в гражданском реестре, словно призрак. Стоило копнуть то дело глубже, и выяснилась шокирующая правда – каждый год в Корее около 100 новорожденных не регистрируются – и в итоге растут словно призраки. К возрасту, когда нужно было оформлять удостоверение личности, их число достигало уже двух тысяч. Возможно, преступник в этом деле тоже относился к таким призракам.