Книга Дневник с признанием в убийстве, страница 114 – Людмила Мартова

Почему-то то, что его предложение вызвано соображениями безопасности, Машу расстроило. Однако, согласившись провести ночь в гостиной вересовской квартиры, она не могла уже ни о чем думать и заснула сразу, как только голова ее коснулась подушки. Было это в районе половины двенадцатого, и вот она проснулась спустя одиннадцать часов, чего никогда не случалось ранее. Маша Стрельникова считала себя ранней пташкой.

Открыв глаза и осознав, который час, она прислушалась к звукам в чужой квартире. Из-за плотно закрытых дверей доносился легкий цокот клавиш клавиатуры компьютера. Значит, Матвей действительно работает. Ладно, мешать ему она не станет. Маша снова откинулась на выданные ей подушки, размышляя, что делать. Ей нужно в туалет, почистить зубы и еще в душ и вымыть голову, из-за поездки в Никольск и последующих событий выглядящую крайне непрезентабельно.

И переодеться в чистую одежду. И выпить чашку кофе. И съесть что-нибудь. Несмотря на творящиеся вокруг Содом и Гоморру, аппетит у Маши оставался отменным. Не может же она заниматься всем этим в чужой квартире, пока ее хозяин работает за закрытыми дверями кабинета.

Маша встала, сложила выданную ей постель аккуратной стопкой. Нет, вторую ночь подряд она здесь ночевать не станет. Даже если с постановкой на охрану придется ждать до начала рабочей недели, поменять замок во входной двери ее отец точно в состоянии, так что в следующую ночь она сможет провести в своей кровати. Да и Галину Ивановну, наверное, можно попросить пару ночей провести у нее. Вряд ли домработница откажется. Придя к такому выводу, Маша заметно приободрилась.

Ей удалось покинуть квартиру Вересова незаметно, не отвлекая того от работы. По крайней мере, когда она тихонечко повернула задвижку замка, открыла дверь и притворила ее за собой, стрекот клавиш не стих ни на мгновение. Интересно, над чем таким работает профессор искусствоведения? Над научной статьей? Над лекцией для студентов?

Дома Маша с наслаждением приняла горячий душ и вымыла свою многострадальную голову, затем завернулась в тяжелый банный халат, висящий в ванной, скорее всего бабушкин, накрутила тюрбан из пушистого полотенца, на скорую руку сделала себе два больших и толстых бутерброда с сыром, сварила кофе и с ногами забралась на стул в кухне, размышляя, как с чувством, толком и расстановкой провести сегодняшний день.

Наверное, нужно проведать в больнице Викентия Гурова. Этот человек тридцать с лишним лет вел двойную жизнь, из-за личной выгоды оставаясь любовником актрисы Стрельниковой, будучи при этом фактически женатым человеком. То, что Викеша выдавал свою гражданскую жену Любу за домработницу, казалось Маше особенно омерзительным, но не удивляло. Она давно уяснила, что ради денег люди способны на любую подлость. Да, Гурова нужно проведать. Возможно, он успел разглядеть нападавшего, а если и нет, то все равно способен пролить хоть какой-то свет на происходящее.

Доев бутерброды, Маша сварила вторую чашку кофе и начала медленный обход бабушкиной квартиры, разглядывая антикварные предметы и картины на стенах. Ради чего все эти сложности? Что такого страшного они могли узнать — тридцать лет назад Антон Бакалов, а сейчас бабушка? Узнала и поделилась с бедным Сан Санычем, тем самым подставив его под удар. И Викешу, который тоже мог что-то знать.