Книга Мама, страница 82 – Алина Дягилева

— Ну, что с тобой случилось? – спросил врач, проглядывая ее карту.

— Ну, меня тошнит, у меня понос и голова кружится… и сердце еще бьется часто. И я все время хочу спать, – перечислила Ника.

— И давно это у тебя?

— Последние пару недель. Хотя, вообще-то, сколько себя помню… Ну, то есть, не все время, конечно, но так часто бывает… У меня вроде аллергия. И что-то со щитовидкой… – Ника не привыкла отвечать на все эти вопросы, обычно за нее всегда говорила мама.

— А что это за чудесная зеленая моча тут фигурирует у нас в карточке? – удивленно посмотрел на нее врач. – Что ты такого съела?

— Я не знаю… – Ника потупила глаза.

Доктор отложил карту и стал ее осматривать. Посветил фонариком в глаза и в рот. Ощупал живот, ноги и руки. Послушал сердце.

— Ну что ж, будем обследоваться. Медсестра придет за тобой через полчаса и отведет, куда нужно. Как чувствуешь себя сейчас?

— Нормально, – Ника пожала плечами.

— Вот и хорошо.

Доктор встал, чтобы уходить.

— У меня волосы выпадают, – неожиданно для самой себя выпалила Ника.

— Волосы выпадают? – переспросил врач. – Сильно?

Ника поднесла руку к голове и стянула бандану. Все семь находящихся в палате людей повернулись и уставились на ее совершенно лысую голову.

Сергей Сергеевич снова сел на кровать Ники, придвинулся поближе и осмотрел ее голову.

— И брови тоже выпадают, как я посмотрю?

— Ага.

— И давно?

— Да тоже с детства.

— Что педиатр ваш говорит?

— Ничего. Мама говорит, он ничего не понимает.

— А кто же тогда понимает?

— Ну, я хожу к Веронике Сергеевне, она приезжает из Москвы, прописывает мне всякие лекарства, я их пью. Иногда волосы отрастают. Но потом все равно выпадают, – Ника вздохнула.

— И что она тебе прописывает?

— Не знаю… целую гору разноцветных таблеток, этим мама занимается, я не знаю, как они называются.

— А у трихолога были?

Ника помотала головой.

— Понятно, – Сергей Сергеевич нахмурился, что-то записал в карте и вновь направился к выходу. У дверей он обернулся:

— Не забудь, через полчаса будь готова идти на обследования.

Ника кивнула.

Все утро Лина провела на телефоне. Она обзвонила все инстанции, до которых смогла додуматься: министерство здравоохранения, страховая компания, соцзащита, даже в полицию позвонила. Никто не хотел ее слушать. Карантин по коронавирусу был во всех учреждениях здравоохранения, даже речи идти не могло о том, чтобы госпитализировать подростков с родителями. Лина кусала губы и нервно расхаживала по квартире. Кто позаботится о Нике в больнице? Кто проконтролирует ее лечение? Как ей, Лине, быть в курсе того, чем ее там лечат? Вдруг тамошний врач полный бездарь и ничего не понимает? Даже свидания запрещены! Как ей проследить, чтобы Ника продолжала выполнять назначения Вероники Сергеевны и принимать нужные лекарства? Она не могла найти себе места. Надо позвонить Нике.

Она взяла телефон и набрала номер дочери. Длинные гудки. Не берет трубку. Лина понимала, что дочь, скорее всего, на каком-нибудь обследовании, но успокоиться не могла. До сих пор она всегда лежала в больницах с ней. Сначала Ника была маленькой, потом подросла, но никакого коронавируса не было, и стоило настоять на своем, и врачи разрешали им ложиться вместе. Еще они ездили в платный детокс-центр, там тоже лежали вместе. Плати денежки, и хоть собаку с собой привози, рыбок, родственников и соседей. А теперь впервые в жизни Ника лежит в больнице одна, и она, Лина, никак не может контролировать ситуацию.