Книга Дочки-матери, страница 29 – Алина Дягилева

От этих мыслей ее отвлек подошедший наконец Виктор.

— Извините, отец задержал. Уроки. Никогда не отпускает, пока я дневную программу не выполню, – пояснил он Лисе.

— Ты сам учишься?

— Ага, в онлайн-школе. Там каждый день столько заданий, мама дорогая. Но на сегодня я с ними разделался, и вот я тут. Рассказывай, зачем звала, – сказал он и тут же осекся, поймав злой взгляд Марго. – Ну да, да, извини, я понял. У тебя тоже началось сегодня, да? Мне очень жаль, – быстро произнес он извиняющимся тоном. – Ты как?

Лис пожала плечами, поймав себя на мысли, что уже начинает походить на них, слишком часто вместо ответа она стала просто пожимать плечами. Отогнав эту мысль, она встала, обвела присутствующих взглядом и сказала:

— То, что случилось сегодня ночью, мне категорически не понравилось. Впрочем, это было уже не в первый раз, как я теперь понимаю. Впервые это случилось в первую же ночь здесь.

Глаза Вики расширились, Виктор присвистнул, Марк удивленно вскинул брови, потом бросил торжествующий взгляд на Марго, в нем читалось: «Ну, что я тебе говорил?!» Та плотно сжала губы и отвернулась. Диана сохраняла отсутствующий вид.

Понаблюдав за их реакцией, Лис продолжила:

— То, что произошло, не лезет ни в какие рамки, сейчас, при свете дня мне уже снова сложно поверить, что это было на самом деле. Мне хочется убедить себя, что это был сон или что я вообще все это выдумала из-за ваших бредовых историй. Но я помню свои ощущения очень четко и понимаю, что это был не сон. Это было по-настоящему. И я понимаю, что это происходит и с вами, и происходит уже давно. И я хочу вас всех спросить, почему вы все еще здесь? Почему вы это терпите? Почему позволяете этому с вами происходить?

Она стояла посреди крошечного прямоугольника, раскрасневшаяся, запыхавшаяся, словно она только что пробежала стометровку, и ждала их реакции. Сначала все, конечно же, молчали. Она и не ожидала, что они бросятся наперебой отвечать на ее вопросы, поэтому набралась терпения и ждала.

Наконец, оглядев остальных и убедившись, что никто не собирается говорить, Марк сказал:

— Мы все это терпим, потому что у нас нет другого выбора.

— Что значит нет выбора? – Лис смотрела ему в глаза, перебарывая свое смущение.

— То и значит. Куда мы уедем без родителей? Мы несовершеннолетние, это раз. Становиться бродягами и скрываться от полиции? Мы любим своих родителей, это два. Мы не можем просто сбежать от них.

— Тогда нужно уезжать вместе с родителями!

На этих словах все ребята хором хмыкнули.

— Скажи, ты пробовала уговорить своих родителей уехать отсюда? – Марк смотрел на нее, склонив голову набок.

Лис стушевалась. Конечно, она пробовала. И не раз. Ничего из этого не вышло. Тогда она сказала:

— Я сразу не хотела здесь жить и говорила об этом родителям, они меня не слушали. Но теперь, когда такое тут происходит, я точно уговорю их уехать! Теперь я приложу к этому все усилия и смогу их убедить.

— Удачи, – наконец подала голос Марго. – Мы все тут старались, поверь. Никому еще не удалось. Может быть, ты не в курсе, но, когда родители принимают какое-нибудь судьбоносное для всей семьи решение, они не очень-то советуются со своими детьми. И уж точно они не передумывают лишь оттого, что их сын или дочь вдруг внезапно этим решением недовольны.