Книга Смерть как искусство. Том 1. Маски, страница 109 – Александра Маринина

Стоя на крыльце, она смотрела на приближающегося Чистякова. Господи, какой же он красивый! Седой, широкоплечий, длинноногий, такой легкий и одновременно уверенный.

— Ты с ума сошла! – накинулся на нее Алексей. – Почему ты стоишь на холоде раздетая?

— Все нормально, Леш, – улыбнулась Настя и повела его в кабинет Богомолова.

Кабинет произвел впечатление на Чистякова. Он долго осматривался, не снимая куртки, и даже проверил кожаный диван на мягкость.

— Ничего себе живут главные режиссеры московских театров, – заметил он.

— Смотря у кого какой директор, – ответила Настя. – Обстановка – это деньги, а деньги – это директор. Хотя в данном случае ты почти прав, ибо здесь худрук и директор слились в одном лице.

— А как же второй, ты же мне еще про какого-то директора говорила, Бережной, что ли?

— Бережной. А они разделили директорские полномочия пополам, одна половина у Богомолова, другая – у Бережного. В общем, Леша, это сложно, ты не морочься. Лучше вот на эту афишу посмотри. – Она показала на висящую на стене яркую афишу спектакля «Двенадцатая ночь», поставленного Львом Алексеевичем Богомоловым два года назад. Плакат был таким красочным, что не заметить его было просто невозможно.

— Ух ты! – воскликнул Алексей.

— Вот именно, – многозначительно кивнула Настя. – Об этом я тебе и говорила. Раздевайся, и пойдем пить кофе в артистический буфет, я же обещала показать тебе это волшебное место, о котором ты небось только в книжках читал.

— И еще в кино смотрел, – с усмешкой добавил он.

До начала спектакля оставалось полтора часа, и народу в буфете было немного. Настя уже успела понять, что основной наплыв здесь бывает с часу до трех и около шести, когда начинают появляться занятые в вечернем спектакле артисты, которые хотят перехватить что-нибудь легкое. Значит, минут через двадцать-тридцать народу здесь заметно прибавится. А пока есть возможность занять столик где-нибудь в углу.

Они взяли по порции блинчиков с творогом и кофе и только принялись за еду, как рядом с ними возник Артем Лесогоров. Ну, значит, так тому и быть.

— Добрый вечер, Анастасия Павловна. Вы сегодня с другим коллегой? А где ваш юный помощник?

Настя изобразила полнейшую безмятежность и даже радость от неожиданной встречи.

— Это не коллега, это мой муж, знакомьтесь.

Она очень старалась не расхохотаться при виде обескураженного лица Лесогорова. Ну, еще бы, он, видно, никак не ожидал, что у нее может быть муж, да еще такой! Мужчины пожали друг другу руки, и Настя пригласила Артема присесть за их столик.

— Я только кофе себе возьму, – пробормотал Артем и отошел к стойке.

— Что я тебе говорила? – прошептала Настя, когда Лесогоров удалился на безопасное расстояние.

— Согласен, – кивнул Алексей. – Парнишка явно растерялся. Думаешь, не зря мы с тобой полночи в Интернете сидели? А то спать очень хочется, жаль будет, если жертва окажется напрасной.

— Надеюсь, что не зря.

Лесогоров вернулся с чашкой кофе и двумя бутербродами. Беседа завязалась вполне непринужденная, Настя начала выспрашивать у Артема подробности вчерашнего спектакля «Наполеон», который поставил в «Новой Москве» знаменитый Риминас.

— А что ж вы сами не посмотрели? – удивился Антон. – Вы же вчера были в театре.

— Муж был занят, – пояснила Настя, пряча улыбку. – В нашей семье не принято ходить в театр поодиночке, поэтому мы ходим только тогда, когда оба свободны.