Книга Человек, который умирал семь раз, страница 93 – Ясухико Нисидзава

— У меня вопрос: вы сейчас без ума друг от друга или как? – Дед осушил стакан и с усмешкой взглянул на Руну. – Говори ты. Тебя хочу послушать, а не Ёсио.

— Дед, я не Ёсио, а Фудзитака.

— А? Неужели? Ах, ну да, голубой… Все равно. Так что же?

— Ну, я не знаю, как сказать. – Лицо Руны залила краска. Судя по его выражению, она чувствовала себя любимой. Невозможно было представить, что во время скандальной склоки, случившейся на одном из предыдущих кругов, она запустила подушку в лицо Фудзитаке. – Время от времени я прихожу к нему домой, убираюсь, стираю, готовлю.

— Ага, понятно. Очень хорошо. Хорошо. Просто замечательно… – Дед пребывал в добром настроении. А может, просто уже набрался. – Я ждал, что кто-нибудь скажет что-то в этом роде. Ёсио и Руна, значит? Понятно, понятно.

— Дед, я Фудзитака.

— Вообще-то… – продолжал дед, не обращая внимания на брата, будто и не слышал его слов. – Только между нами. Я собирался назначить двух преемников – мужского и женского пола – и думал, что было бы хорошо, если двое моих избранников поженятся. Допустим, по мужской линии я выбрал Цутию. Руна или Маи могут выйти за него. Хоть таким образом, но кровная линия продолжится. А по женской линии, если это будет Томори, она может выйти за Фудзитаку или Ёсио.

— Но… – вырвалось у меня, – а что, если бы ты выбрал Цутию и Томори? Могло такое случиться?

— Конечно, могло. – Руна и Фудзитака, ничего не знавшие о дедовой лотерее, с недоумением смотрели на меня, будто хотели сказать: «Что вы такое говорите? Разве может такое прийти в голову?»

Не обращая на них внимания, дед повернулся ко мне:

— Черный и черный? Да, была такая вероятность. А потом я подумал: что же получится? Ведь в душе я хочу продолжения линии нашего рода. Просто не собираюсь делать из этого фетиш. Но если наша фамилия прекратится, ничего не поделаешь. Значит, судьба такая.

— Судьба? – Это слово звучало для меня невыносимо. – Скорее это игра, которая может пойти не так, нет?

— Допустим. Edge Up своим расцветом обязана тому, что я сорвал несколько джекпотов. – Дед уже порядком набрался, и его совершенно не смущало, что я каким-то образом пронюхал о его лотерейной системе. – А раз так, я подумал, почему бы не сделать ставку еще раз – на будущее компании.

Наступила короткая пауза. Руна и Фудзитака, не говоря ни слова, переводили вопросительные взгляды с деда на меня, будто сравнивая нас. А у меня не было желания объяснять им дедову методику выбора преемников с помощью бумажных журавликов.

— Но если кто-то думает, что мне на все наплевать, то он ошибается, – продолжал дед. – Нужно еще кое-что отрегулировать. Я подумывал, как бы помириться с Камидзи и Харуной. Но предлагать мир самому не мог себя заставить. И решил: а почему не сделать так, чтобы кто-то из детей – либо Камидзи, либо Харуны, либо обеих – унаследовал мою фамилию. Так родилась идея, чтобы Котоно усыновила-удочерила будущего преемника-преемницу. Но ограничивать состав претендентов только внуками и внучками, хоть я и хочу им передать свое дело… Какая-то скучная игра получается. Старая кровь во мне заиграла, и я решил поднять ставки – добавил Цутию и Томори. То есть, как сказал Кютаро, появилась возможность, что я пожертвую собственными внуками в пользу двух людей, не имеющих никакого отношения к семье. Думал: придет время решать, я решу. И верил в удачу. Как это случилось, когда мы с Котоно были на грани отчаяния и я купил тот самый билет на бегах. – Дед лихо опрокинул в рот содержимое стакана. – Что-то мне подсказывало, что эта ставка принесет наилучший результат. Что думаю и ожидаю я и все остальные, не имело значения. Победа или поражение – не важно, это будет самый лучший результат. Я в это верил, но…