Книга Человек, который умирал семь раз, страница 48 – Ясухико Нисидзава

— Кютаро! – торжественно проговорил Фудзитака с серьезным видом. – Ты гений.

— Спасибо, – поклонился я, хотя в душе мне было их немного жаль. План был изложен в самых общих чертах, но создал у брата и Руны иллюзию чуть ли не идеальной беспроигрышной стратегии, хотя на самом деле в нем было столько неопределенностей, что возможность его осуществления вызывала очень большие сомнения. Однако меня это не беспокоило. Главное – чтобы весь день Фудзитака и Руна не приближались к старому дому.

Деда убил кто-то из них двоих. Или они сделали это вместе. Такой вывод напрашивался сам собой. Ведь это Руна принесла в старый дом орудие убийства – вазу с орхидеями, а Фудзитака все время ходил за ней как хвост. Так что вполне естественно предположить, что преступление – дело их рук.

Как они дошли до убийства, какие мотивы ими двигали, я не знал. Непохоже, что у них было намерение убить деда, возможно, в процессе разговора, когда они начали его убеждать принять решение в их пользу, произошла какая-то эмоциональная вспышка. Поэтому если я буду внимательно следить за тем, чтобы Руна и Фудзитака не подходили к старому дому, дед должен пережить этот день. У меня была такая уверенность.

— Но есть одна проблема, – сказала Руна. Только что она была готова захлопать в ладоши от радости, и вдруг ее лицо затуманилось. – Наша мать. Да и тетка Камидзи тоже. Не думаю, что они дадут согласие на наш брак с Фу-тяном. Наоборот, будут ему мешать любыми средствами.

— Вот поэтому и надо спешить. Я имею в виду, с ребенком. – Судя по выражению лица Фудзитаки, он был готов приступить к делу прямо здесь. Уверен, он бы это сделал, если бы не мое присутствие. Его лицо, на котором появилось сластолюбивое выражение, напомнило мне брата Ёсио. На первый взгляд они не похожи, но братья есть братья, сущность одна и та же. Мысль о такой параллели вызвала у меня странное чувство, схожее с воодушевлением. – Если появится ребенок, матери уже ничего не смогут возразить. Так что надо этим делом заняться поскорее. Без ребенка мы деда никак не склоним на свою сторону.

— Было бы хорошо перетянуть на нашу сторону и матерей. – Руна стряхнула руки Фудзитаки, который начал было ее лапать, и обернулась ко мне, как бы спрашивая, что я думаю на этот счет.

Надо было что-то отвечать, и я сказал:

— Думаю, прежде надо добиться понимания ситуации от Ёсио и Маи. Растолковать им: чтобы избежать риска быть выброшенными из гонки за наследство, семьям Оба и Канагаэ выгодно действовать сообща и разделить имущество. Убедите их – тогда и матери вас послушают.

Руна энергично кивнула в знак согласия и, чтобы не терять времени даром, поторапливая нас с Фудзитакой, поспешила к выходу. Она сказала, что Маи сейчас наверняка в столовой и надо пойти и попросить ее о поддержке. (Я знал, что в столовой в это время находилась не только Маи, но и Ёсио, но, разумеется, ничего не сказал.)

Шагая от пристройки к главному дому, я заметил деда. Он торопливой походкой направлялся по галерее к старому дому с бутылкой саке в руке. Он собирался в одиночку выпить как следует вдали от бдительных глаз тетки Котоно и Киёко. Все шло по «графику».

Фудзитака и Руна шли впереди меня и были так увлечены разговором, что, похоже, не обратили на деда внимания. Замечательно! Если я под каким-то предлогом буду находиться рядом с этой парочкой до вечера, убийство не должно произойти. Моя стратегия окажется эффективной и докажет, что преступление – дело рук Фудзитаки и Руны. Останется только на протяжении следующих шести кругов повторить порядок действий, предпринимаемых на текущем круге, и закрепить эту версию как окончательную. И тогда моя операция по спасению деда от смерти будет завершена.