Онлайн книга «Подземный бой»
|
Скорее всего, мин впереди тоже нет. Заваленный трудармейцами тоннель не был заминирован, что косвенно подтверждало его бесполезность. В первом ответвлении еще можно допустить наличие ловушки. Но во второй ветке, так близко к радиоузлу, вряд ли кто согласится установить взрывчатку, пусть и малого радиуса действия. Хотя расслабляться нельзя, в чужую голову не заглянешь. В группе «Дон», как-никак, не психологи, а обычные парни с винтовкой, выражаясь словами Богданова, поэтому о предпринятых противником мерах безопасности знать заранее не могут. «Под ноги смотреть!» — жестами просигналил полковник. А то ведь ребятки в отряде шибко башковитые, смекнули, поди, как и их командир, что у входа на радиостанцию обычно взрывчатку не устанавливают, а смекнув, могли и бдительность потерять. Нет, ребятушки, рановато делать выдох! Указание вскоре принесло плоды, причем несколько неожиданные. Растяжек на пути так и не попалось. Зато на полу краснела рисунком из ромбов игральная карта, измятая и покрытая пятнами грязи. Кажется, бубновая семерка. Вот и долгожданный мусор. Через пять минут луч фонаря уперся в гладкий, выровненный бетон… * * * Идеальный прямоугольник черноты окружали бетонные стены, по полу стелилась бетонная плита. Дверь американцы не устанавливали, оставив вход на объект таким, каким он был при японцах. Надо полагать, в 1945-м в этой части подземелья размещался штаб и центральный склад боеприпасов. Часового не видать; он, видимо, где-то дальше, в следующей секции. Ясен день, главные дозоры выставлены снаружи, охраняют периметр радиоузла. Удара из-под земли здесь никто по-настоящему не ожидает. И все же, если комендант станции не кретин, то под землей несет дежурство хотя бы один дозорный. По крайней мере, группа «Дон» будет исходить из того, что охрана объекта осуществляется по уставу, а не абы как. Зайти на объект — самый рискованный этап операции. В тесноте тоннеля отряд продвигался плотным цугом, здесь негде укрыться и не удастся распределиться. Необходимо ломиться в лобовую, полагаясь на элемент внезапности. Максимум, что в состоянии позволить себе бойцы, — приседать, и это единственный способ уйти с линии огня. Стой позади бетонного проема под надежным прикрытием двое солдат противника, они перестреляли бы советских спецназовцев шустрее, чем вылупившихся вчера гусят, семенящих за матушкой-гусыней. Остается благодарить американцев за недосмотр. «Эх, щит бы сюда!» — подумал Богданов и внутренне посмеялся над собой. Он видел, насколько эффективно это архаичное средство защиты, которое вернула из Средних веков и благополучно модернизировала полиция буржуазных стран. Сколь бы жестоко и цинично это ни звучало, щит доказал свою полезность при разгоне демонстрантов и в уличных боях с пикетчиками. Нескольких минут просмотра документальной ленты о жизни Запада хватило, чтобы понять, что в советском спецназе щит абсолютно незаменим для штурмовиков. Оснащение, которое им следует перенять. В конце концов, Богданов же не против митингующих студентов собирался использовать эту штуку, а против вражеских солдат, наемников, террористов. Но конкретно в этой операции щит, конечно, не выручил бы. Непосредственно в текущий момент любой лист металла, закрывающий от пуль, пригодился бы. Вот только дотащить его по узкому тоннелю было бы невероятно сложно. Парни бы выдохлись к концу пути, вдобавок наделали бы столько шума, задевая железякой стены (как ни старайся, громыхнешь), что гарантированно демаскировали бы себя, и американцы встречали бы отряд «с распростертыми объятьями». |