Книга Поцелуй победителя, страница 87 – Мари Руткоски

Рошар свернул карту и убрал ее. Арин сложил промокшее покрывало. Этой ночью придется спать в сырости. Принц взглянул на небо, смахивая капли дождя.

— Почти как дома. — Прищурившись, он посмотрел на Арина. — Хочешь пойти с Зашем к Лерралену?

Арин покачал головой.

— Я так и думал.

Войско разделилось. Арин отправился на юг с Рошаром.

К ночи лить перестало, но Арин настолько свыкся с погодой, что у него перед глазами по-прежнему стояли серые нити дождя. Сократившаяся в размерах армия разбила лагерь на ночь. Солдаты были в дурном настроении, ругались на грязь. Палатка Арина, завернутая в парусину, почти не промокла, как и сменная одежда, которая лежала на дне седельной сумки. Все остальные вещи отсырели. Арин расстегнул кожаные доспехи, которые пропитались водой, так что от них несло коровьей шкурой. Потом скинул рубашку. Ни крючка, ни вешалки у него не было, так что он перекинул ее через невысокую ветку ближайшего дерева и вздохнул, когда от легкого дуновения ветерка на него градом посыпались капли с листьев.

Всем хотелось развести костры, но деревья в лесу у дороги стояли мокрыми. Невозможно было ничего разжечь. Арин смирился с тем, что сегодня придется потерпеть сырость. Он поставил палатку, оторвал от какого-то дерева широкий кусок коры (изнутри она была сухая), уселся на него и принялся вытирать сухой рубашкой металлическую амуницию и оружие, чтобы не заржавело: меч, кинжал, щит, застежки на доспехах и лошадиной упряжи.

Погода стояла далеко не летняя. Арин замерз, по спине побежали мурашки. Прядь мокрых волос упала ему на щеку. Он вздрогнул, смахнул ее и продолжил начищать заклепки и грызло на упряжи. Арин так яростно тер металл тканью рубашки, что даже согрелся.

— Вы только посмотрите на него. — Перед ним возник Рошар. Принц стоял в расстегнутом доспехе, уперев руки в бока. — Трудится без устали. Замерз, наверное?

Арин промолчал.

— Раз уж ты начал, — ухмыльнулся Рошар, — может, и мои вещи посушишь?

Арин поднял взгляд и ответил ему неприличным жестом, которому выучился на востоке. Принц рассмеялся и пошел к своей палатке, попутно подзывая кого-то из солдат, после чего Арин перестал обращать на него внимание. Спустя какое-то время по его спине снова пробежал холодок. Но он еще не закончил протирать упряжь, поэтому натянуть на себя более-менее сухую рубашку пока не мог, как бы ему этого ни хотелось. Арин продолжил заниматься делом.

Однако спустя мгновение он заметил воцарившуюся в лагере тишину. Раздался приглушенный стук копыт: приближался одинокий всадник. Потом какой-то дакран крикнул:

— Ни с места!

Кто-то с треском взвел арбалет. Арин поднял взгляд как раз в тот момент, когда всадник остановился. Верхом на огромном жеребце, промокшая и поникшая, сидела Кестрель.

Арин бросился к ней, на ходу сдернув с дерева мокрую рубашку и натянув на себя. Кестрель сидела в напряженной позе, крепко сжимая поводья. Она явно долгое время скакала без остановки. Выражение ее лица напомнило Арину о днях, проведенных в тундре. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что силы ее на исходе.

Арин обхватил Кестрель за талию и снял с седла. Охваченный смятением и беспокойством, он спросил:

— Как ты здесь оказалась?

— Прости. Я не сдержала обещание.

— Это не важно.

— Валорианка всегда держит слово. — Кестрель слегка покачнулась.