Книга Поцелуй победителя, страница 119 – Мари Руткоски

— Я не жульничаю, — холодно ответила она.

— Деревья рубить нельзя, — отрезал Арин.

— Сосредоточься, — велела принцу Кестрель, сгребая карты, которые он бросил на траву.

— На самом деле я тебе поддаюсь. Я все время это делаю.

— Разумеется, рубить нельзя, — согласилась с Арином Кестрель. — Мой отец заметит внезапно образовавшуюся просеку. Это все равно что написать огромными буквами: «Мы здесь».

— А что, если… — задумчиво произнес Арин.

Кестрель подняла на него взгляд:

— У тебя есть идея?

— Сколько у нас веревки?

— Двести двенадцать отрезов.

— Ты что, пересчитывала запасы? — удивился Рошар.

— Да, — пожала плечами Кестрель.

— И что, наизусть все помнишь?

— Да.

— А сколько у нас зерна для лошадей?

— Шестьдесят два мешка. Ходи, чего тут думать. Все равно проиграешь.

— Отвлечь ее от игры почти невозможно, — усмехнулся Арин.

— Что ж, тогда сыграй с победительницей, — предложил Рошар, — а я у тебя поучусь.

Арин снова проверил кролика и снял вертел с костра:

— Нет.

Кестрель не ожидала такого ответа и почувствовала укол разочарования.

— Почему нет? — не сдавался Рошар.

Арин принялся срезать мясо с костей на жестяную тарелку. Кестрель, которая сомневалась, что хочет услышать ответ, поспешила задать другой вопрос:

— Так зачем тебе веревки?

— Пусть Арин удивит нас, — усмехнулся Рошар. — У нас с ним всегда так: он придумывает что-то гениальное, а лавры достаются мне.

— Ну же, скажи, — попросила Кестрель.

Арин поставил тарелку на землю.

— Я не стану с тобой играть, потому что, даже когда я выигрываю, все равно чувствую себя проигравшим. Для нас с тобой это всегда больше чем игра.

Рошар, который полулежал на боку, опершись на локоть и подперев щеку рукой, приподнял брови и посмотрел на Кестрель.

— Я спрашивала про веревки, — пробормотала она.

Принц перевел взгляд с нее на Арина.

— Да, веревки. Давайте все-таки перейдем к делу, если вы не возражаете.

Все заняли позиции. Кестрель ждала вместе со стрелками под прикрытием не слишком густого перелеска на склоне холма, откуда открывался вид на дорогу. Ветерок шелестел кронами. Деревья поскрипывали. Стрелки, в основном гэррани, с беспокойством посматривали на конструкции, которые придумал Арин. Солдаты почти весь день орудовали двуручными пилами, какие нашлись в обозе. Также в ход пустили топоры и, конечно же, веревки. Арин обвязывал стволы и крепко прибивал веревки к земле с помощью кольев. К каждому дереву нужен был особый подход: приходилось учитывать высоту, толщину и наклон, по-разному натягивая веревки. Когда деревья закрепили, солдаты подпилили их у корней, но не до конца.

— Как только валорианцы подойдут, — пояснил Арин, — мы перерубим веревки.

— Ты явно желаешь моей смерти, — вздохнул Рошар. — Какой позор. Принцу подобает погибнуть в бою, а не пасть жертвой поваленного дерева. Ты наверняка напутал что-нибудь с веревками.

Арин улыбнулся уголками губ. В воздухе висела древесная пыль.

— После всего, что мы пережили, — произнес он, обращаясь к Кестрель, — я не дам тебя в обиду какому-то дереву.

— Меня, — поправил Рошар. — Ты имел в виду меня.

Но Арин уже ушел. Принц удалился в противоположном направлении.

План заключался в том, чтобы ждать в засаде.

— Как генерал выстроит войска при движении по такой дороге? — спросил Рошар у Кестрель, когда они обсуждали детали.