Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
Кто ее вырастил такую? Медведи что ли? Села так похабно, так соблазнительно… И Кощей уставился на эту маленькую женщину, слушая ее глубокий голос, дыша ее телом, пахнущим дурманом, ощущал огонь в груди, которым она постоянно испепеляла его, как солнце пустынных степей. — Я вернулась поздно и уснула, простите, что не пришла. Ну и беспорядок вы устроили. Скучали? — и снова эта лукавая улыбка. Не улыбка — капкан… А глаза блестят, как камушки в реке. Её рука потянулась к нитке бус, и лунный свет залил горницу. — Луна и море! — прошептала она. — Что? — удивился Кощей. — Что ты сказала? — Это же лунный свет? — удивленно спросила Марена. — Как вы это сделали? — Не тронь это! — прорычал Кощей. Он швырнул бусы в сундук и стал спешно бросать вещи в обратно, как дракон–скряга, стерегущий сокровище. Еще немного и огнем пыхнет! Свет от бус продолжал литься, пока Кощей не хлопнул крышкой сундука, погасив его. — Вы любили свою жену? — спросила Марена. — Что такое любовь? — пробормотал он презрительно. — Это лишь игра между мужчиной и женщиной, пока не наскучит. Марена подлезла к нему сбоку, осторожная, ласковая, как домашняя кошечка, и положила голову на его плечо. Волосы ее, тело тонкое, но мягкое, вся она… заливала его таким ярким светом, что Кощею хотелось одновременно раскидать терем по бревнышку от злости и умереть от счастья. — Что ты задумала? — прорычал он, но голову ее не стряхнул. — Снова какие-то игры? Говори, что хочешь прямо, потому что, если обманешь… своими руками утоплю, как змею подколодную! — Что же вы недоверчивый такой? — спросила она тихо. — Злой? — Сотню жизней твоих прожил… Чую ложь, как волк дохлятину. — Мне грустно видеть вас таким. — Грустно? — произнёс он с ухмылкой. — Такой большой, такой могущественный и такой одинокий… — Прекрати! — он схватил ее за плечи. — Прекрати нести подобный бред! Я повелитель Навийского царства! Зачем меня жалеть? Я воплощение человеческого страха… — И так отчаянно желаете моей любви… — Это просто игра такая. — Ах, игра… Марена потерлась носом о его шею, обняла его, как силок закинула, и потянула за собой на дубовые доски пола. Кощей резко вдохнул, ощутив её сладкий запах, мягкие и манящие изгибы тела. Руки его безвольно опустились, а глаза прикрылись, когда он почувствовал прикосновение губ. — Не играй со мной, женщина, — повторил он уже не так уверено. Вместо ответа Марена жарко поцеловала его. — Сладко? — спросила она. Тут же поцеловала его острые скулы, подпирающие темные, беспросветные, жестокие глаза, зыркающие на свет. Он хотел оттолкнуть ее, оттолкнуть прочь, потому что был зол на эту лживую гадюку, что где-то осталась на ночь — в избе ее не было. Всю ночь… До самого утра… Не целовала ли этими губами Ярослава? Спроси ее, спроси, где была ночью! И сожми руки на тонкой шее! Бессовестная, наглая дрянь… Он хотел ее оттолкнуть, но уже сам целовал, глубоко и жадно, снимал со своей шеи цепь Нави, хотел быть теплом в ее объятьях, а не куском холодного камня. Она стащила с него кафтан. Смотрела удивленно на голое, мужское тело, гладила следы от шрамов. — Сколько же раз вас пытались убить? — Каждый раз, когда я отворачиваюсь, кто-нибудь непременно втыкает мне нож в спину. Марена дернула уголками губ, вымученно улыбнулась, и потянула завязки на своем горле. |