Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
Он запустил пальцы в ее волосы, как и мечтал в тот первый день, утопить руки в этой густой черноте. Путался в них пальцами, тянул пряди… Смять, забрать, сокрушить, овладеть. Двинул коленями, на которых она сидела, заставляя развести бедра… Еще шире… Заставляя ощутить ее насколько она уже доступна. Насколько она уже желает быть доступной. Марена охнула от неожиданности. Он тяжело задышал от наливающейся тяжести и нетерпения. Жажда близости обожгла его внутренности, как спазм. Хочу! Всю… Марена сидела на нем, казалось, уже испуганная своим предложением, и оттого еще более желанная. Он дернул ворот рубахи, обнажив ее тяжелые груди. Одежда скрывала множество ее достоинств. Марена не попыталась прикрыться, лишь блеснули яростью ее глаза. Какая прекрасная картина! Ее стоит рассмотреть в мельчайших деталях. Тело, точно отлитое из серебра и мрамора. Она идеальна… и только его. Он накрыл ее груди руками, сжимая в ладонях их тяжесть и жар. Ох, этот недовольно сжатый рот… и взгляд полный смятения. Он коснулся ее пухлых, сочных губ, желая видеть ее покорность. И бунт! «Смотри так, словно хочешь испепелить меня заживо, но будь моей!» — Открой… И она приоткрыла рот. — Шире… Марена свела брови, но подчинилась. Он ощутил горячую влагу ее рта, коснулся кончика языка, гладких зубов, белых как жемчужины. Потом спустился рукой по шее, оставляя влажный след ее слюны, задел сосок, который тут же затвердел, как бусинка. Ее кожа покрылась мурашками, очередной порыв ветра едва не опрокинул их. Кощей захохотал. Пятушка был прав… нежнее, надо было быть нежнее… Безумный смех сворачивал его внутренности. — Тебе не холодно, безумная женщина? — Нет… — ответила она. — Я же говорила, что мороз меня не пугает. — Ты странная женщина, даже для ведьмы… Ниже. Я хочу твою грудь. Марена склонилась над ним — груди качнулись, волосы упали ему на лицо. Коснулся кончиком языка другого соска, и заметил, как она дёрнулась. Еще раз коснулся… Ее недовольно сжатые губы приоткрылись, красные, точно налитые кровью, выпустив вздох. Нежнее, нежнее… кажется, это работает. — Сегодня вы прям не торопитесь, ваше бессмертие, — заметила она. — Тебе это нравится. Марене недовольно засопела, и он накрыл жадными губами ее сосок, чтобы терзать и ласкать его языком. Она сжала его плечи пальцами, грудь тяжело вздымалась. Человек в черном победит в этой сказке. Прямо сейчас возьмет свою добычу в этом глубоком ущелье, заставляя ее умолять о большем. Он ощущал запах влажного жара… И ликовал. «Ярослав ты проиграл! Ох, как жаль, что ты не можешь этого увидеть! Но я непременно расскажу тебя, как она стонала… » Ее руки соскользнули с его плеч. Марена упиралась ладонями в снег, прогнувшись в пояснице. Сгорая под напором его губ. А потом оказалась под ним… Так доступна, так желанна. Его добыча, его победа в этой снежной пещере. Он снял кафтан. Марена покорно лежала с расстегнутым воротом и распущенными волосами, и разгоряченно дышала. Пламя зарождалось между их телами среди снега и льда, пламя, готовое сокрушить обоих. Он опустился на нее, тяжелый и горячий. Почувствовал ее ледяные пальцы на своей спине, и не смог сдержать смех. На щеке — ее дыхание. Марена задыхается, дышит ему в ухо нетерпеливым жаром. Целует в шею, уголок рта, губы. Он отвечает. Поцелуй жадный — один на двоих, до искусанных губ и стонов. Она хватает его за волосы. Тянет. |