Книга Марена и Кощей, страница 100 – AlanaDargo

Его взгляд медленно поднялся от пола к ее лицу. Остановился. Воздух в покоях почему-то густой и вязкий как кисель. Дышать совсем нечем. И пульс бьет в виски. Марена точно не жива, и не мертва.

Все тело колотится то ли от озноба, то ли от ужаса.

«Думаю о тебе, жар-птица. Все выдержу, лишь бы снова тебя увидеть…»

— Что это с тобой?

— Особенно хороша сегодня? — со злой улыбкой ответила Марена.

— Выглядишь иначе. Впрочем, я как вижу ты не готовилась, — он бросил взгляд на ее скромный наряд. — Не вижу твоей благодарности.

— Благодарности?

— Я позвал тебя в свои покои, очевидно, выказывая тебе свое расположение, но я не вижу благодарности.

— Действительно. Как я могла, ваше бессмертие.

Он посмотрел тяжело, пристально. Не отвечал. Марена разозлилась почему-то, что распустила волосы. Надо было прийти в косынке, и вообще в тулупе.

— Ближе.

Шла к нему, будто не воздух вокруг, а тягучий мед. Подошла. Остановилась, тяжело дыша, будто сани тяжелые тащила.

— Раздевайся.

— Я не…

Он схватил ее сильными пальцами и резко рванул ворот рубахи. Ткань с треском расползлась на груди. Полная, упругая, совершенная. Как и все в этой женщине. Кощей смотрел пристально, разглядывал, прежде чем Марена опомнилась, и прикрылась руками.

— Это так Кощей Бессмертный выказывает свое расположение к женщине? Берет ее силой? — крикнула она.

— Я не собираюсь играть в игры. Ты знаешь зачем я позвал тебя, — хрипло прошептал он, и в его голосе звучала холодная настойчивость. — Хватит играть недотрогу.

Он схватил ее за локоть и потащил вглубь покоев. Марена едва переставляла ноги, продолжая удерживать ворот рубахи.

— Я замужем! — неожиданно выкрикнула она. — Я забыла. Я замужем.

— Замужем? — удивился Кощей, и остановился. — За кем?

— А я откуда знаю? Был, да сплыл.

— Сплыл?! — не на шутку рассердился он. — Как это сплыл?! Ты забыла своего мужа?

— А что я всех мужчин помнить должна?

— И много у тебя их было?

Во рту было сухо, голова таяла и плавилась, у нее даже пот на затылке выступил.

— Много, — соврала она. — И ни один не вел себя так, как вы.

— Это как?

— Как свинья.

Она вырвала локоть и обошла Кощея, вдруг отметив, что от его тела пышет жаром, а не смертельной стужей. Любопытно.

Постель расстелена, на ней взбитая перина как пена. Внутри Марены все странно потеплело.

— И как они с тобой обращались?

— Ну, во-первых, вы должны принести мне тридцать шкур, ваше бессмертие, — начала она перечислять. — Сундуки с драгоценными каменьями, золотые самородки, и построить терем, где будут жить наши дети.

— Дети?

— А для начала жениться на мне, но это невозможно, ведь я уже замужем…

Она почувствовала его только тогда, когда пятерня сгребла ее за волосы.

Кощей грубо повалил ее на стол, угол врезался в живот, попадали чернильница, смялся пергамент, что-то со звоном посыпалось на пол. Кощей задрал ее подол и коленом раздвинул ее бедра, вдавливая колено в промежность так, что она вскрикнула. Его горячие пальцы прошлись по ее голым ягодицам. Она почувствовала его возбуждение.

Свистящим от злости голосом, Кощей зашипел прямо ей в ухо:

— Ты ляжешь под меня, даже если я брошу тебе кость, как собаке. Но раз ты недовольна тем, как я с тобой обращаюсь, должно быть, в темнице тебе будет уютнее…

— Что…

— Очевидно, ты не хочешь исполнять часть моего уговора. А значит я заберу твою честь и гордость, все как договаривались. Стража!