Книга Развод с альфой. Я спасу волчат, которых ты предал, страница 34 – Лилия Романова

— Это опасно?

— Если бы взяла глубже, вы бы не спрашивали.

— Утешили.

Он перевязал бок плотной полосой ткани.

— Вы нарушили порядок обороны.

— Я вывела детей.

— Вы могли погибнуть и оставить нам ещё одну проблему.

— Но не оставила.

Варр поднял на меня взгляд. В нём уже не было той насмешливой усталости, с которой он встретил меня у ворот. Теперь он смотрел так, словно пытался решить, кем я являюсь: помехой, безумной бывшей женой альфы или человеком, которого придётся учитывать.

— Вы не должны были идти за ними, — сказал он.

— А кто должен был?

Ответа не последовало.

Дверь кладовой приоткрылась. На пороге стояли Нэйт, Ильма и Руми. Руми держал Клыка, Нэйт — сигнальные кольца, Ильма сжимала край своей рубахи. Все трое выглядели так, словно их застали за чем-то запрещённым, но уходить они не собирались.

— Чего встали? — спросил Варр.

Нэйт посмотрел на меня, не на него.

— Все на месте.

— Я слышала, — сказала я.

— Тир говорит, вы его вытащили. Сая тоже.

Значит, девочку звали Сая. Я запомнила.

— Они сами бежали.

— После того как вы за ними полезли.

Руми сделал шаг вперёд.

— Клык сказал, что вы теперь тоже с поясом.

Я не сразу поняла. Потом увидела, что он смотрит на мою повязку. Нэйт закатил глаза, но без прежней злости.

— Руми, это не пояс.

— Боевой, — упрямо сказал тот.

Ильма вдруг подошла ко мне. Медленно, осторожно, словно к раненому зверю, который может укусить. Остановилась рядом с лавкой и протянула руку. На её ладони лежала маленькая костяная пластина с сигнальной линии. Трещина проходила по ней от края до края.

— Это вам, — сказала она.

Голос был почти шёпотом, но живой. Не зов, не чужая приманка, а её собственный голос.

Варр застыл. Нэйт тоже.

Я приняла пластину.

— Зачем?

Ильма опустила глаза.

— Чтобы слышали, если они снова позовут.

Руми кивнул так серьёзно, словно это был важный обет.

Я сжала пластину в ладони. Она была тёплой от детских пальцев.

— Спасибо.

Ильма тут же отступила к Нэйту, будто испугалась собственной смелости.

Ночь тянулась ещё долго. Тени больше не прорывались к лазу, но за стеной они ходили до самого серого рассвета. Вой то удалялся, то возвращался. Дети не спали. Кто сидел у стены барака, кто дремал, прижавшись к соседу, кто перебирал в руках кольца и ремни. Я осталась в кладовой, но дверь держала открытой. Не хотела, чтобы они думали, будто я спряталась.

Под утро застава стала похожа на место после бури. Внешние колья местами почернели от ледяного касания, костяные пластины валялись у стены, старый лаз завалили камнями и бочками. Двое взрослых воинов перевязывали руки. Один подросток спал прямо у колодца, завернувшись в куртку. Ильма сидела рядом с Руми и держала ладонь на его плече. Нэйт чинил связку колец с таким упорством, будто если успеет закончить, ночь можно будет считать побеждённой.

Я вышла во двор, держась рукой за бок. Варр заметил это, но не стал отправлять меня обратно.

— Вы плохо выглядите, — сказал он.

— Вы тоже.

— Мне не надо нравиться альфе.

— Мне уже тоже.

Он хмыкнул.

— Донесение ушло ночью. Если в крепости не спят, ответ будет скоро.

Ответ пришёл через час.

Сначала мы услышали копыта. Не одно животное, не два. Целый отряд шёл по утренней дороге, быстро, уверенно, без попытки скрыться. Дети во дворе замерли. Нэйт поднялся первым. Руми спрятал Клыка под куртку. Ильма встала рядом с ним, не прячась, но лицо её снова стало беззвучным.