Книга Второе замужество миссис Каммингс, страница 25 – Полина Сутягина

— Вы были не слишком близки с вашей супругой, да? Скажите, это… Клер убила Вас?

Что?! Она считает, что я мертв?!

Пламя в очаге вспыхнуло еще ярче от моего негодования и сильнее озарило ее лицо. О нет… Лишь бы она не восприняла это как положительный ответ…

Люсия неподвижно наблюдала за огнем и молчала. Как же мне было объяснить ей, что я не мертв?

Я снова подошел и осторожно протянул руку к ее ладони, слегка коснувшись. Она повернула голову.

— Люсия… Услышь меня. Я не мертв.

Надеюсь.

Она подняла другую руку и стала медленно протягивать ее вперед, как если бы была во мраке. Ее пальцы дотянулись почти до моего лица и замерли, словно не решая, двинуться ли дальше. Наверное, так изучает лица слепой, хотя я никогда не был близко знаком ни с одним. Кончики ее пальцев скользнули вдоль моего носа, губ, подбородка… Я закрыл глаза и весь ушел в ощущения, какими бы призрачными они ни были, я чувствовал что-то…

И я тонул в этих божественных мгновениях. Потом она убрала руку от моего лица и сказала:

— Наверное, это твой портрет висит в галерее. Я поняла… Ты злишься на брата из-за того, что он женился на Клер. Но ведь он ничего не знал. Пожалуйста, не делай ему зла.

Я положил руку на ее ладонь в знак согласия. Возможно, она поняла меня…

17 ноября (продолжение)

Я провела всю ночь у него. А рано утром он провел меня новым ходом, оканчивающимся в помещении для прислуги, недалеко от картинной галереи. Удивительно, но комната производила впечатление нежилой. Возможно, дело в том, что сейчас семья держит меньше слуг. Проходя по галерее, я остановилась у портрета, который видела и раньше, но на этот раз я посмотрела на него уже по-иному – ведь этой ночью мне довелось увидеть оригинал. Да, не то чтобы действительно «увидеть». Все события последних дней, а вернее, ночей, так странны, что я теряюсь в словах, пытаясь занести их сюда.

Я не знаю, каким образом могу чувствовать его присутствие, скорее даже подобие прикосновения… Я не понимаю толком, что он такое… Но этой ночью я рассказывала ему о переживаниях, которыми еще ни с кем не делилась. Отчего я так доверяю ему? Ведь он может оказаться чем угодно… даже делом рук Клер… Я теперь уже не знаю, что возможно в этом мире, а что нет.

Когда я спросила о ней, то прямо почувствовала его гнев. И если это значит, что она причастна к его смерти, то мой брат тоже в опасности. Боже… С этой стороны я обо всем этом не думала. Что же мне делать?..

А я сегодня так опрометчиво вела себя с ней. После обеда спросила, любит ли она итальянскую музыку. А брат заметил, что он однажды слышал, как Клер музицировала в нижнем зале, и предложил нам обеим сыграть. Клер заявила, что не очень любит играть на публику, но любезно согласилась послушать меня.

Я выбрала то, что помнила наизусть из композиций эпохи Ренессанса. Клер, услышав, лишь насмешливо улыбнулась. Но вдруг улыбка сошла с ее губ. И я знала причину. В комнате нас было четверо. Наверное, в этот момент что-то промелькнуло в моем взгляде, потому что мне почудилось, что и она знала о моей догадке.

Он же стоял у меня за спиной. Я чувствовала это, но видеть не могла. Ричард тоже не видел его. Но она… Уверена, что она именно видела его. Направление ее взгляда время от времени предавало свою хозяйку. Интересно, она поняла, что я вижу это?