Онлайн книга «Графиня с изъяном»
|
— Гвен, я могу всё объяснить… – снова начал он отчаянно. — Попробуй, – пожала плечами я, скрестив руки перед собой. – Мне весьма интересно послушать, как ты оправдаешь кражу королевских денег. — Гвен, пойми, – Оскар судорожно сглотнул, – я не хотел… то есть, я планировал отдать… то есть Эвин обещал всё вернуть. Не сразу, а как встанет на ноги. Брат умолял, его поместье было на грани разорения! Кредиторы угрожали забрать всё… Я не мог бросить родного человека! — Родного человека, – повторила я с ледяной насмешкой. – А жену ты бросить смог. Больную отправить умирать в руины, без денег, без еды, без лекарей. Зато брату без проблем отсыпал двести полновесных. — Ты не понимаешь! – он дёрнул решётку на себя, металл противно заскрежетал. – Мать сказала, что, если я не помогу семье, она… она проклянёт меня! — Ты что там такое несёшь? – подала голос Элеонора де Рейланд из соседней камеры. Свекровь тоже кинулась ко мне и завыла: – Гвендолин, милая моя невестка! Пощади! Я стара, от холода болят суставы, появился кашель и, вообще, чувствую себя очень плохо. Сжалься, пожа-алуйста! Я же тебе за матушку… Я цинично усмехнулась и промолчала. Тут из третьей камеры донёсся плач Блэр: — Миледи, я ни в чём не виновата! – рыдала она. – Он обманул меня, сказал, что вы умерли! Я бы никогда… а теперь я жду ребёнка, и мне нужна помощь лекаря, пожалуйста, не дайте нам погибнуть! Я окинула взглядом эту жалкую компанию: каждый пытался спасти свою шкуру, сваливая вину на других. — А я вообще устала от этого балагана, – сухо заявила Морана. И в этот момент я была согласна с мачехой. Цирк, настоящий цирк. – Не имею никакого отношения к этой сумасшедшей семейке и их воровским делишкам. Меня ждёт Абигейл, ребёнок без матери остался. Отпусти меня к дочери. — Да, я вас отпущу, – подойдя к Моране, ответила я, чем несказанно огорошила, замершую посреди узкой камеры, женщину, она даже рот в удивлении приоткрыла. – У вас будет ровно час, чтобы собрать вещи и попрощаться с Абигейл. После чего вы отбудете в прекрасное место под не менее многообещающим названием «Аббатство Покаяния и Скорби». Где и проведёте остаток жизни. Замаливая грехи. Морана вмиг побледнела и покачнулась. Но она быстро взяла себя в руки и, кинувшись на решётку, отделявшую нас друг от друга, завизжала, краснея от ярости: — Что?! Да ты с ума сошла! Я жена твоего отца, у меня есть права! Ты не можешь просто взять и… — Могу, – спокойно перебила я. – И сделаю. За годы унижений, за запертую в башне хворую Марту, за все издевательства надо мной и не только, сколько слуг ты покалечила под плетью… Час, Морана. Не больше. — Аббатство Покаяния и Скорби? – прошептала она, весь её гнев и высокомерие истаяли, оставив после себя потерянную женщину. На миг я даже пожалела её. – Но там же… там обет молчания и тяжёлые работы… Гвендолин, так нельзя… я же твоя мачеха! — Вы мне никто, – отрицательно качнула головой я. – Абсолютно никто. И если будете сопротивляться, отправлю туда прямо в том, что на вас надето сейчас. Уведите её, – обернулась к стражникам, сама снова подошла к Оскару, шокировано следившему за сценой между мной и Мораной. — Знаешь, что я сделаю с землями твоего брата, Оскар? – мягко спросила я, и от моего тона муженёк настороженно выпрямился. – Конфискую их за долги передо мной. Все двести золотых должны быть возвращены с процентами. А поскольку звонкой монеты у барона де Рейланда нет, в счёт долга пойдут его владения… |