Книга Графиня с изъяном, страница 91 – Айлин Лин

— Миледи, – негромко окликнул меня Маркус, – тут следы. Кто-то уже побывал здесь до нас.

Действительно, в грязи едва виднелись отпечатки сапог и следы волокуш. Местные жители успели растащить часть "небесного дара".

— Которые деревни ближайшие? – спросила меня Рик.

— В радиусе двух миль их три. Липинка, Дубки и Медвежий угол, – на автомате ответила я.

— Проверим все. Если кто-то что-то взял, вернут, никуда не денутся.

— Да, скажем, что это опасно для их здоровья, – согласно кивнула я.

К полудню мы загрузили одну телегу тем, что удалось найти на поляне, и отправились по деревням. В Липинке нас встретили настороженно. Староста, худой мужчина с отсутствующими передними зубами, начал завирать, что никто из них в лес не ходил.

Но один из моих воинов заметил в ограде у крайней избы странную блестящую палку, которой подпёрли покосившийся забор.

— Где взяли? – спросил Рик у хозяина дома.

— Нашёл э-э…, – замялся крестьянин. – Думал э-э…, может, пригодится для починки плуга…

Железяка оказалась частью корпуса звездолёта. Мы без дальнейших расспросов просто забрали её. Сопротивляться никто и не подумал: все знали, кто я и на чьей земле они живут.

В Дубках дела обстояли хуже. Здесь местный кузнец попытался расплавить кусок обшивки, чтобы смастерить наконечники для стрел. Металл не поддался, зато в кузнице теперь стоял странный сине-фиолетовый свет, а сам кузнец жаловался на головные боли.

— Заберите эту проклятую шутку, хозяйка! – умолял он. – Уже скока времени сна нормального нет! Сам я не могу даже войти в свою кузню, а другие боятся.

Обломок и правда неприятно сиял. Наниты определили его как часть энергетической системы, всё ещё активную.

— Оно опасно для людей, – поделилась я с Риком. – Я сама его вынесу.

— Но ведь и вы человек, – нахмурился мужчина. Ха, знал бы он… – Стойте тут, миледи, – и, натянув кожаные перчатки, сам вошёл в кособокую постройку.

В последней деревне, в Медвежьем углу, нас ждал неприятный сюрприз. Местные жители сначала собрали с десяток обломков, а затем зачем-то выкинули их на болото.

— Мы хотели переплавить находки, – объяснял староста, трясясь от страха быть наказанным, – да не горят они никак. А ещё ночью светились. Страшно так. Вот мы и избавились от жути эдакой.

Не всё утопло в вязкой жиже, кое-что мы всё же отыскали: две почти целые солнечные панели и то, что наниты опознали как блок аккумуляторов в рабочем состоянии.

— На этом всё? – спросил Стальной.

— Пока да, – устало кивнула я. – Но завтра отправьте людей прочесать лес ещё раз. Там могли остаться мелкие детали.

К вечеру наши телеги была переполнены. Лошади с трудом тащили груз по раскисшим дорогам. Обломки противно позвякивали и переливались в сгущающихся сумерках, как сокровища из жуткой сказки.

Путь до замка проходил в молчании. Лишь когда мы въехали во двор, Волк, помогая мне спешиться, тихо спросил:

— Миледи, что это такое на самом деле?

Я некоторое время молчала, замерев рядом с ним.

— Оно упало с небес. Я, ведомая любопытством, пошла в ту сторону. Это нечто загорелось, взорвалось и в итоге задело меня, после чего я заболела, – сказала, наконец.

Рик проницательно прищурился:

— Понимаю, что вы не поведаете мне всего. Но, будьте уверены, если что, то ваши секреты будут в безопасности, миледи.