Книга Графиня с изъяном, страница 70 – Айлин Лин

Второй же ещё дышал. Слабо, прерывисто, но дышал. Его грудь едва заметно поднималась и опускалась, а губы беззвучно шевелились. Вдруг он открыл глаза и посмотрел точно на меня:

— Begi, glupaya… Inache pogibnesh… – с трудом договорив, он снова потерял сознание.

Он сказал это на неизвестном мне языке. Я, естественно, ничего не поняла, но, трясясь от ужаса, поколебавшись секунду, всё же полезла в дыру, чтобы помочь бедолаге.

Глава 23

Тесное помещение заполняли странные предметы с непонятным для меня назначением, что-то пикало-пиликало, жужжало и шикало. Повсюду мигали огоньки, а воздух пах металлом и чем-то едким, незнакомым.

Подойдя к лежащему без сознания человеку, опустилась рядом с ним на колени. Дыхание его было едва различимым. Попыталась осторожно приподнять бедолагу, но что-то держало его. Присмотревшись, обнаружила странные ленты, опоясывающие тело незнакомца, ими он оказался привязанным к какому-то креслу. Материал незнакомый – не кожа, не ткань, а что-то среднее.

Потянула за один из ремней, но тот не поддался мои жалким потугам. На ощупь нашла какую-то железную штуковину, но понять, как она работает, так и не смогла. Нужен нож или что-то острое, чтобы просто перерезать.

Оглядевшись, поняла, что в этом нагромождении обломков, ничего не отыщу, поэтому и направилась вглубь странного сооружения. Мигающие огоньки освещали узкий проход, ведущий в другое помещение. Осторожно продвигаясь вперёд, искала глазами что-нибудь подходящее.

Короткий коридор закончился железной, приоткрытой дверью. Я протиснулась внутрь и поражённо замерла.

В центре помещения на странном постаменте стояло нечто невообразимое, прямоугольной формы с мою руку длиной. С правой стороны штуковины виднелась трещина, из которой вырывался завораживающий серебристо-голубой свет. Я, не отводя взгляда, заворожённо сделала шаг вперёд, затем второй.

Мамин кулон на моей груди стал обжигающе горячим, не в силах терпеть, я сорвала его с шеи и спрятала в карман. После, словно в трансе, протянула руки к треснутому сосуду. Металл был гладким и прохладным.

Обхватив штуковину, стала крутить и тянуть её, чтобы вынуть из крепления, но сумела лишь немного наклонить сосуд, и тут из трещины медленно-тягуче, как смола, наружу вытекла светящаяся жидкость.

Не думая о последствиях, я, держа здоровой рукой предмет, подставила левую под струйку.

Тёплое, светящееся нечто упало в центр ладони и растеклось по ней тонкой плёнкой.

Я зачарованно наблюдала, как к первой капле присоединились вторая, а после ещё и ещё… Вскоре моя изувеченная конечность от кончиков пальцев до локтя стала серебристо-голубой, будто на неё натянули волшебную перчатку.

И вместе с тем, боль, с которой я свыклась, и которую я уже почти не замечала, отступила.

Совсем.

Такого не было даже при прикосновении к телескопу на башне в Аббатстве.

Я забыла обо всём на свете, о том, где я нахожусь, о раненом, о проблемах в семье… Я наслаждалась чудесным моментом…

Не знаю, сколько времени прошло, может, минута, а может, пара часов, но серебристо-голубое мерцание пошло на убыль, и… жидкость начала впитываться в мою кожу. По первости я ощутила лёгкое покалывание, но два удара сердца спустя ко мне пришла боль – острая, прошивающая нутро тысячами иголок.