Книга Боевой офицер в брачном агенстве: за сбежавших мужей ответственность не несём, страница 44 – Марьяша Ришелье

— Вы... вы правда?.. — простонал Аквамарин.

— Правда. Я согласна. Я стану твоей женой. Я стану матерью твоим икринкам. Всем двести сорока семи. Даже если их будет триста. Даже если пятьсот. Я люблю детей. Я люблю икринки.

Аквамарин застонал — но теперь это был стон не боли, а счастья. Его хвост ударил по воде, подняв фонтан брызг. Чешуя на животе вспыхнула ослепительным светом. И из него — прямо в воду аквариума — начали выходить икринки.

Маленькие, круглые, переливающиеся жемчужным блеском. Они плыли в воде, как крошечные звёзды, попавшие в рыбье царство. Одна. Вторая. Третья. Десятая. Сотая. Я пытался считать, но сбился. Их были сотни. Сотни маленьких, сияющих икринок, которые кружились в аквариуме вокруг своего отца.

— Ой мамочки, — прошептала Эмили.

— Ой мамочки, — эхом отозвался я.

— Ой мамочки, — хором сказали гномы.

— Ой мамочки, — выдохнул русал, откидываясь в воде. — Я... я справился?

— Ты справился! — леди Урсула захлопала в ладоши, и с её пальцев снова брызнули фонтанчики. — Они прекрасны! Они все прекрасны! Смотри, какие они блестящие! И как их много!

— Двести сорок семь, — слабым голосом произнёс Аквамарин. — Все на месте. Я пересчитал.

— Как ты их пересчитал?! — поразилась Эмили. — Они же все одинаковые!

— Отцовский инстинкт, — гордо ответил русал. — Я их всех знаю. Вот это — Старший. Он всегда впереди. А вот это — Младшая. Она самая шустрая. А вот это — Средний-Сто-Двадцать-Третий. Он любит кувыркаться.

Икринки и правда вели себя по-разному. Одни плавали кругами. Другие тыкались в стекло. Третьи собрались в стайку и, кажется, играли в догонялки. Это было самое странное, самое безумное и самое прекрасное зрелище в моей жизни.

— Я назову одного из них в вашу честь, — сказал Аквамарин, глядя на меня из аквариума. — Помните? Я обещал. Маленький Рейгер.

— Это большая честь, — выдавил я. — Надеюсь, он будет меньше меня бояться баронесс.

— Он будет храбрым! Как вы!

— А в мою честь? — робко спросила Эмили.

— О! — русал просиял. — Маленькая Эмили! Или просто — Эмилия! Это будет самая красивая икринка!

— Спасибо, — Эмили прижала руки к груди. — Кажется.

Леди Урсула тем временем уже залезла в аквариум — прямо в платье. Она обняла Аквамарина, и они вместе смотрели на своих будущих детей. Икринки кружились вокруг них, как жемчужный хоровод. Рыбы, опомнившись, начали осторожно подплывать — им, видимо, тоже было интересно.

— Господин Рейгер, — прошептала Эмили, беря меня за руку, — это самое невероятное, что я видела в жизни.

— Это самое невероятное, что я видел, — согласился я. — А я видел, как баронесса Ивергаль пыталась меня съесть.

— Что теперь будет?

— Думаю, они поженятся. Сегодня. Или завтра. Или прямо сейчас, в аквариуме. У нас в графике свадьба?

— Нет. Но мы можем устроить.

— Устроим. Свадьбу в аквариуме. С двести сорока семью свидетелями.

Мы стояли у аквариума, держась за руки, и смотрели, как рождается новая семья. Русал Аквамарин и леди Урсула плавали среди икринок, обнявшись, и пели — одну на двоих мелодию, похожую на китовью песню.

— Знаешь, — сказал я, — когда сестра вернётся, я ей всё расскажу. Про эльфа и орчиху. Про нимфу и оборотня. Про вампиршу и полудракона. Про сирену и тритона. Про некроманта и готессу. Про герцога и фею. Про русала и Урсулу.