Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 82 – Виолетта Вейл

«Где изготовлен первоначальный рисунок?»

«В мастерской Ларна, нижняя улица Печатников. Мастерская обслуживала Палату во время Войны пяти знамен. Полномочие прекращено общим указом семнадцать лет назад. Любой более поздний оттиск незаконен».

На следующей странице Арден перечислил платежные корешки. Часть сумм проходила как охрана документов, часть — как ремонт пограничных архивов. Получателем значился «Северный щит». В закрытой строке назывались два главы домов и помощник военной канцелярии. Северина там не было.

В конце протокола отец попросил приложить контрольный образец. Следователь отказал: предмет якобы не имел отношения к допросу. На полях Арден написал своим почерком: «Пробник хранить отдельно от дела, номер футляра семь».

Того самого футляра, который украли из моего дома.

— Значит, футляр действительно был частью старого дела, — сказала Сана.

— Двенадцать лет назад. Когда я получила вещи отца после его смерти, он был пуст.

— Кто передал?

В описи тюремного имущества стояла Палата. Один из помощников Северина доставил закрытый футляр и потребовал расписку. Я тогда проверила только книги и личные письма. Пустые гнезда для склянок не показались важными.

Если старый пробник существовал, его изъяли до возвращения вещей. Недавний обыск дома не мог найти этот образец. Ворам требовался сам футляр — либо чтобы спрятать свежий предмет в вещи Ардена, либо чтобы убедительно связать его с новым преступлением.

— Внесем это как риск подбрасывания, — решила я. — Если футляр появится с матрицей, возраст корпуса, сердечник и скол проверяют отдельно. Принадлежность футляра ничего не доказывает.

Сана записала формулировку. Мы заранее закрывали путь к удобной находке, которую противник еще не успел предъявить.

Без сохраненного пробника у отца не было вещественной связи между старой печатью и Палатой. Поэтому защита годами могла утверждать, что он строил только политическое обвинение.

Но у нас появились новые платежи.

Сана разложила номера из своей копии рядом с официальными ссылками протокола.

— Мастерская Ларна закрылась четырнадцать лет назад, — сказала она. — Остатки имущества выкупил городской склад. Потом склад трижды менял владельца.

— Кто последний?

— Бумажное товарищество при серой мельнице.

Мы запросили казначейскую книгу по номеру старого корешка. Регистратор принес ее через час. Платеж «Северному щиту» возвращался в казну как неиспользованный, затем снова уходил под другим назначением. Цепочка тянулась двенадцать лет: охрана архива, ремонт заставы, восстановление запасов, закупка серого состава.

Последний перевод сделали два месяца назад. Его номер совпадал с оплатой заказа Эрику.

— Деньги не доказывают, что человек находится там, — напомнила Сана.

— Нет. Но дают основание запросить накладные и адрес доставки.

В книге выдачи бумаги нашелся складской шифр. Городской казначей расшифровал его при регистраторе: восточный склад серой мельницы, старый красильный корпус у водосброса.

Туда уходили бумага из ремонтного сбора, гравировальная медь и продукты на закрытое содержание.

Я передала запись Аде до наступления темноты.

Она приняла ее под отдельным номером.

Впервые у нас был не слух о мельнице и не квитанция, оставленная похитителями. Официальный платеж вел к конкретному складу.