Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 52 – Виолетта Вейл

Под увеличением правый луч раздваивался в той же точке и под тем же углом, что на брачном фрагменте.

Лаура положила два оптических рисунка рядом.

— Один и тот же поврежденный корпус либо два корпуса, вырезанные с намеренным повторением дефекта.

— Эрик мог воспроизвести скол по требованию заказчика? — спросила Ада.

— Мог, если видел первый оттиск под увеличением. Поэтому пока говорим только об общей производственной серии.

Сана отметила границу вывода красной чертой. Это раздражало меньше, чем уверенное обвинение, которое развалилось бы от первого точного вопроса.

После двух документов глаза устали от яркой рамы. Я отодвинула стул и посмотрела в дальний угол комнаты. Буквы на настенном расписании сначала двоились, потом снова сошлись.

Лекарь, сидевший у двери, заметил это.

— Перерыв не меньше получаса.

— У нас открыта смесь проявителя.

— Закройте и сделайте новую.

— Новый состав даст небольшое различие оттенка.

— Тогда сравнение оттенка запишете как невозможное. Зрение не является расходным материалом суда.

Ада поддержала лекаря. Склянки закрыли, лабораторию проветрили. Я выпила воды и десять минут просидела во внутреннем дворе, глядя на дальнюю стену вместо букв.

Третью пробу не требовалось проводить именно сегодня. Налоговая ведомость находилась у суда и никуда не исчезла бы. Но на следующее утро совет решал, разрешать ли проверку старых ремонтных дел Палаты. Без связи с документом двенадцатилетней давности расследование могли ограничить свадьбой и приказом с моста.

Я вернулась в лабораторию через полчаса. Лекарь проверил зрачки и разрешил один короткий сеанс при условии, что наносить проявитель будет Лаура.

— Вы только наблюдаете и диктуете, — сказал он.

— Согласна.

Налоговая ведомость пахла старой кожей и архивной пылью. Ремонтная строка меняла получателя сбора: вместо военных округов деньги уходили Палате на «охрану документации».

Лаура нанесла проявитель. Основной текст оказался старше спорной строки. Ремонтный квадрат снова лежал последним. Его номер совпадал с двумя свежими документами: РС-17-44.

Правый луч оставался целым. Значит, двенадцать лет назад использовали другой корпус — вероятнее всего, исходную военную матрицу до появления свежего дефекта.

Контрольная полоса возле измененной строки была темной.

Я продиктовала вывод медленно:

— Отмененный номер применяли не один раз и не одним корпусом. Двенадцать лет назад действовал корпус без скола. Брачный договор и приказ с моста заверены более поздним поврежденным корпусом. Во всех трех случаях государственный контроль принял поздний текст как имеющий силу.

— Это доказывает сохранение старого сердечника? — спросила Ада.

— Нет. Доказывает сохранение полномочия РС-17-44 после официальной отмены. Наиболее вероятный способ — фрагмент старого коронного сердечника в новых корпусах. Но до находки металла или производственных записей это версия.

Лаура согласилась.

— Копия рисунка оставила бы квадрат и номер, но контрольная полоса не потемнела бы. Здесь нужен действующий сердечник или другое неизвестное полномочие. Мы должны искать оба варианта, пока не найдем физический источник.

Регистраторы сверили наши записи. Лаура подписала порядок слоев, состояние контрольных полос и два совпавших дефекта. Я подписала собственное наблюдение и отдельно указала, что не касалась третьего документа и не наносила состав.