Книга Тарский горячий твой, страница 81 – Хельга Дюран

Позвонить бы в полицию незаметно. Но как? И мобильник мой хуй пойми где. Скорее всего, я его в машине забыл.

Рассеянный я стал совсем. Старею.

Можно попытаться бежать, и это, пожалуй, единственное, что меня может спасти.

— Может, расскажешь для начала, Фёдор Батькович, зачем приехал в такую даль? — спросил я, косясь в сторону выхода.

Нужно было тянуть время. Пока...

Пока что? Да хуй его знает. Никакого плана, как победить троих вооружённых мужиков, у меня не было, точнее, пока не придумал.

Была вероятность, что поговорив, мы проясним все непонятки, и Федя съебет с глаз моих долой вместе со своими головорезами и попрошайкой-жёнушкой.

— Посмотреть хотел, что ты за хрен с горы такой, что моя жена осмелилась МЕНЯ, — он жестом акцентировал внимание на этом слове. — Променять на какого-то колхозника.

— Посмотрел?

— Ага.

— У нас с Ирой ничего не было. Мы просто друзья. Она обратилась ко мне за помощью, сказала, что ты умер.

— Серьёзно? — искренне удивился Фёдор, а его свита синхронно хрюкнула, не сдержавшись. — Ну, можно сказать, что почти так и было. Чуть до инфаркта меня не довела, гадина. Вложила кучу бабок в какой-то МММ, и с концами. По совету Юли, между прочим. Поругались мы крепко, но я не думал, что мне придётся через полстраны пилить, чтобы жену вернуть.

Фёдор Кулясов не был похож на тех бандитов из сериалов, которые орут, машут стволом и ходят в спортивках с золотыми цепями. Вот это и напрягало сильнее всего.

Смотришь на него — дорогое пальто, спокойное лицо, аккуратная щетина, часы стоимостью с квартиру. Голос тихий, даже вежливый местами. Такой мог спокойно сидеть рядом с тобой в бизнес-классе, обсуждать нефть, стройку или инвестиции. Именно такие люди и самые страшные.

Потому что у них насилие встроено не в эмоции, а в систему.

Он не производил впечатление психа. Наоборот. Слишком собранный. Слишком контролирующий себя. Взгляд тяжёлый, цепкий, как у человека, который привык оценивать всё: кто врёт, кто боится, кого можно сломать, а кого пока не стоит.

Когда Кулясов смотрел на тебя, казалось, будто он уже заранее просчитал, сколько ты выдержишь.

Я поймал себя на том, что невольно сжимаю кулаки, представив Юлю рядом с ним.

Хрупкая, маленькая. И вот этот человек пришёл к ней домой, угрожал, запугивал.

И внутри у меня что-то медленно, страшно закипело. Ярость, такая глухая, мужская, от которой хочется не разговаривать, а ломать.

Каким бы неприятным ни был Фёдор, ему я почему-то верил. Теперь всё сходится, и Юля меня не обманывала. Наебала меня Ира.

Какое счастье, что я ей денег не успел дать. Просто чудо какое-то!

— Как ты здесь оказался? — спросил я. Нужно было тянуть время. — Как нашёл?

Кулясов, на мою удачу не дурак был попиздеть. Такие любят рассказывать, какие они умные. Любят, когда их боятся. Любят, когда им задают вопросы.

— Ирку найти было несложно, — сказал он. — Она всегда бежит туда, где деньги. Её логика простая, как три копейки. Бедная, несчастная, одинокая... — он скривился, будто лимон разжевал. — Старая песня. Я купился, даже женился. Раньше её сказочка работала лучше, потому что Ирка моложе была.

— А Юлю?

Он посмотрел на меня внимательнее. Прищурился.

— А вот Юля интереснее. Шустрая. Я думал, она дальше вокзала не уедет — психанёт, заплачет, вернётся. А она умудрилась смыться. Через курьера, прикинь? Мои ребята стояли у подъезда, а она вынесла себя в доставке. Креативная баба. Не то что моя. Слава яйцам, мы живём в эпоху технологий. Даже в вашей деревне всё утыкано видеокамерами. Распознавание лиц, сигнал с мобилы, и вот я здесь. — Кулясов хмыкнул, наклонил голову. — Запал на девку? Директор асфальтного завода и гадалка из Москвы? Романтика. Прямо слёзы наворачиваются. Давай договоримся мирно? Ты мне отписываешь завод, в счёт долга своей крали, и я забываю о вашем существовании навсегда.