Книга Тарский горячий твой, страница 12 – Хельга Дюран

Мне подходит. Надо хвататься за этого Петровича обеими руками.

Плевать на зарплату. Если он мне ещё и жить здесь разрешит, я с ума сойду от счастья.

И тут я сделала единственное, что умела делать хорошо — включила Москву.

— Знаете, Иван Петрович, — сказала я, проходя на кухню и будто между делом поправляя вазу, — чистота — это прекрасно, но уют — это немного другое. Дом должен дышать, а не только сверкать.

Он приподнял бровь.

— И чем же ему дышать?

— Ну, — я огляделась, — текстилем, светом, запахами. У вас всё правильно, но… как в отеле. А в отелях не живут. В них просто ночуют.

Тишина повисла такая, что я на секунду пожалела о своём длинном языке. Тётя Таня кашлянула.

Иван посмотрел на меня как на недоразумение.

— Вы всегда так разговариваете с работодателем? — спросил он.

— Только если хочу, чтобы он был доволен, — пожала я плечами. — И его гости тоже.

Он хмыкнул. Еле заметно.

Один-ноль в мою пользу.

Мы прошли по дому. Гостевая спальня. Кабинет. Ванная как в дорогом спа, где ты боишься что-то тронуть, чтобы не сломать атмосферу.

И вот тут я заметила странность.

Свежая постель. Новые полотенца. Пустая ваза явно под цветы. И бутылка вина на комоде. Закрытая. Ждущая.

Ага. Петрович кого-то ждёт. Не «когда-нибудь». Не абстрактно. Скоро.

Женщину...

Я почувствовала, как что-то неприятно кольнуло под рёбрами. Глупо. Нелогично. Я здесь вообще по работе. Мне должно быть всё равно.

— У вас гости ожидаются? — спросила я нарочито легко.

— Да, — ответил Иван, не глядя на меня. — Особенная гостья. Из столицы.

Вот теперь стало смешно.

Особенная. Ага, конечно.

И тут я, не успев подумать, ляпнула:

— Тогда вам повезло.

Он повернулся.

— В чём?

— Я готовлю просто потрясающе! — сказала я с самым серьёзным видом. — Особенно… сложные вещи. Московская кухня, авторские блюда, подача.

Юля, остановись.

Но было поздно. И мне нужна была эта непыльная работёнка.

— Да? — в его голосе появилась заинтересованность. — А Татьяна Сергеевна говорила, у вас один курс поварского колледжа.

— Целый курс! — подчеркнула я. — Лучше один раз попробовать мои кулинарные шедевры, чем сто раз спросить о моём образовании.

— В Москве все такие самоуверенные?

— Я...

— Я вас возьму, — не дал мне договорить Иван. — Но только на испытательный срок и только потому, что вы племянница Татьяны Сергеевны.

О, боги! Какая честь!

С виду красавчик, а характер — говно. Теперь понятно, почему он до сих пор не женат.

— Спасибо, Иван Петрович, — с улыбкой выдавила я.

Когда мы вышли обратно в коридор, тётя Таня сияла, как будто устроила меня на работу в Кремль.

— Ну что, — сказала она. — Берёшь?

Иван посмотрел на меня в последний раз. Долго. Взвешивая свое решение.

— Беру, — сказал он. — Попробуем.

Попробуем? Я улыбнулась.

А ты даже не представляешь, что именно мы попробуем.

Юля влетела в мою жизнь с ноги.

Я увидел её, и мозг сделал отметку, которую потом пришлось выцарапывать ногтями: красивая пиздец!

Зелёные глаза. Наглые, я бы даже сказал: бесстыжие. Смотрит так, будто это я к ней пришёл на работу устраиваться, а не наоборот.

Фигурка ладная. Не худышка и не кукла, а живая, женственная, длинноногая, с сочной задницей, в которую хочется вцепиться обеими клешнями. Волосы длинные, каштановые, будто специально для того, чтобы их наматывать на ладонь в моменты, когда теряешь контроль, засаживая сзади.