Книга Между строк, страница 193 – Ирина Фуллер

Она снова ощутила этот странный рывок. Прижала ладонь к груди, недоуменно глядя перед собой. А затем воспользовалась собственной заминкой и, шагнув, неловко грохнулась на пол, издав вопль боли.

— Моя нога! — взвыла Констанция.

Валера дернулся, опустив на мгновение оружие. Остальные тоже подались вперед, сначала как будто чтобы помочь Констанции, но затем Мила громко и пронзительно затянула очень высокую ноту, очевидно, желая дезориентировать Валеру. Егор и Аврелий в два прыжка настигли его, началась потасовка.

Двери с грохотом раскрылись. Или, кажется, вовсе слетели с петель. В зал ворвались вооруженные люди в черном. Первым делом они помогли обезвредить Валеру. Затем стали обшаривать помещение.

— Она говорила с нами через колонки, — воскликнула Констанция, — ее здесь нет.

Кто-то стал раздавать команды, началась суета. Мила кинулась к Констанции, упала на пол рядом, они обнялись, понимая, что самое страшное осталось позади.

— Констанция, — раздался голос Артура за спиной, в тот же момент она вспомнила о том, чтобы достать из ушей маленькие бежевые капли.

Пихнула наушники в карман и позволила Артуру помочь ей встать.

— Помнишь, я сказал днем, что никогда ни за кого так не боялся? Забудь. Днем это была прогулка в парке по сравнению с тем, что сейчас… я, кажется, стал седой.

Они стояли друг напротив друга и открыто смотрели в глаза, без слов говоря многое. Констанция ощутила, что вся злость, вся обида, все доводы остались позади. Она была жива, она любила и была любима в ответ. Чувство благодарности и надежды на счастье накрыло ее, глаза наполнились слезами, но это были слезы радости.

Однако прежде, чем Констанция успела сделать шаг вперед и ощутить теплые объятия, ее остановил голос Ильи и его тяжелая ладонь на плече:

— Хорошая работа.

Затем волшебство момента окончательно уничтожил Егор. Он буквально вклинился между Констанцией и Кингом, и сжал ее ладонь.

— Слава богу, все закончилось.

— Егор? — вздернул брови Артур. — Так это правда… У тебя получилось? — последние слова были обращены к Констанции.

— Конечно, у нее получилось, — отозвался Егор и с улыбкой взглянул на нее. — У Конс всегда все получалось. Рано или поздно. Пойдем?

Он предложил ей свой локоть, и она растерянно приняла его.

На этом моменте они могли бы загадочно раствориться в полумраке, но было слишком много вопросов, которые предстояло решить. Например, неясно было, куда должен был ехать Егор.

Родом он был из Саратовской области, родители жили там. Квартиру в Петербурге снимал, и, конечно, за годы отсутствия потерял.

Вдвоем они застыли у машины Аврелия: Констанция скорее по привычке, а Егор — подчиняясь ей.

Вокруг, в темноте бегали люди: они переговаривались по рации, что-то обсуждали, кто-то раздавал приказы. Подъезжали и отъезжали машины. Фары то выхватывали две фигуры, застывшие посреди этого хаоса, то оставляли в темноте. Но все это происходило вокруг. Себя Констанция ощущала будто в капсуле: нити, которые она до сих пор держала в руках, управляя происходящим, выскользнули из ее рук, их подхватили другие. Она находилась в полной растерянности.

А вот Егор, кажется, был собран и решителен.

— Констанция, — произнес он твердо, беря ее ладони в свои, — должен сказать, не этого я ожидал по возвращении. Но что есть, то есть. Я много думал, пока был там, в мире Джейн Эйр, о том, что скажу, когда вернусь. Пришлось отсрочить мое признание по очевидным причинам, но тем не менее. За эти десять лет я с горечью осознал, каким глупцом был, что не стал бороться за тебя. Десять лет думал, что должен был не отдавать себя этому исследованию, а быть рядом с тобой, доказывать свою любовь, убеждать, что я — тот, с кем ты должна провести остаток своих дней.