Книга Ты ушёл. Но не отпустил, страница 58 – Саша Вельская

— Ты не можешь знать.

— И ты не можешь.

Мы оба молчали.

— Я не приду, пока идёт проверка, — сказал Артём. — Но буду на связи.

— Это звучит как прощание.

— Нет.

— Тогда скажи что-нибудь, что не звучит как прощание.

Он выдохнул.

— Закрой шторы. Проверь верхний замок. Поставь телефон на зарядку. Утром я буду возле булочной через дорогу. Ты увидишь меня, но я не войду.

Слёзы выступили на глазах.

— Зачем?

— Чтобы ты знала: я не исчез.

Утром он действительно стоял у булочной.

Держал бумажный стакан и делал вид, что читает что-то в телефоне.

Дети увидели его из окна.

— Дядя Артём! — обрадовалась Соня.

Он поднял голову и помахал.

Я помахала в ответ.

Ни один из нас не пересёк дорогу.

Между нами было всего двадцать метров.

Но Роман сумел превратить их в границу.

Телефон завибрировал.

Неизвестный номер прислал фотографию Артёма у булочной.

Снимок был сделан только что.

Под ним было написано:

«Он не понимает предупреждений».

Я сразу набрала Тамару Леонидовну.

Она не ответила.

Следом пришло второе сообщение.

Фотография детей у окна.

Моих детей.

Снятых из дома напротив.

Под ней стояли три слова:

«А ты понимаешь?»

Фотография детей была сделана не из машины.

Я поняла это почти сразу.

Угол съёмки был слишком высоким. За плечом Сони виднелась верхняя рама окна, а Миша стоял на подоконнике так, будто фотограф находился почти на одном уровне с ним.

Я посмотрела через двор.

Напротив нашего дома было шесть этажей. На третьем, прямо напротив детской, одно окно оставалось тёмным. Все остальные отражали серое утреннее небо или свет кухонных ламп.

На подоконнике тёмного окна что-то блеснуло.

Я отдёрнула штору.

— Отойдите от окна, — сказала детям.

— Почему? — спросила Соня.

— Потому что холодно.

— Здесь не дует.

— Всё равно. Идите завтракать.

Миша посмотрел на меня внимательнее.

Он уже научился чувствовать страх раньше, чем я успевала спрятать его.

— Там папа?

— Нет.

— Тогда кто?

Я опустилась перед ним.

— Не знаю. Поэтому вы сейчас пойдёте на кухню и будете рядом с бабушкой.

Мама приехала ещё до того, как я проснулась. После вчерашнего разговора она настояла, что останется у нас на несколько дней.

— Я не собираюсь ждать, пока твой психопат начнёт присылать фотографии из ванной, — заявила она.

Я тогда попросила не называть Романа психопатом при детях.

Теперь её слова перестали казаться преувеличением.

Мама вышла из кухни, вытирая руки полотенцем.

Я молча показала ей сообщение.

Она побледнела.

— Полиция?

— Уже звоню.

— А дети?

— Отвези их к себе.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Я не хочу к бабушке, — запротестовал Миша.

— Там блинчики, — сказала мама.

— Мы только вчера были.

— Значит, сегодня будут другие.

Соня прижала к себе зайца.

— Мама тоже поедет?

— Позже.

Она посмотрела на меня.

— Ты опять останешься с плохими людьми?

Сердце сжалось.

— Нет. Я буду с полицейскими.

— Они хорошие?

— Они должны быть хорошими.

Ответ вышел не слишком убедительным.

Пока мама одевала детей, я позвонила Тамаре Леонидовне.

Она ответила после второго сигнала.

— Получили ещё одно сообщение?

— Откуда вы знаете?

— После первой угрозы редко останавливаются.

— Они сфотографировали детей из дома напротив.

— Вызвали полицию?

— Да.

— Не удаляйте ничего. Сделайте снимки экрана с номером, временем и всей перепиской. Не подходите к окну. Квартира напротив может быть пустой, а наблюдение — дистанционным.